Символ уробороса в современном искусстве

. Концепция . Уроборос как мифологический и религиозный символ . Современные практики использования символа уробороса . Проекты / Александр Пономарев . Проекты / Андрей Сяйлев . Проекты / Александр Гребенщиков . Проекты / Владимир Карташов . Заключение

Настоящая работа представляет собой обзор, посвященный исследованию трансформации символа уробороса в практиках современного искусства на территории постсоветского и российского пространства.

Актуальность выбранной темы обусловлена тем, что в эпоху повестки регулярного самосовершенствования и стремительного ускорения времени художники обращаются к древнему архетипу змеи, кусающей свой хвост. Этот образ помогает визуально осмыслить идеи цикличности, бесконечности и неразрывной связи процессов мироздания, жизни и смерти, создания и разрушения. Сейчас уроборос перестал быть исключительно мистическим древним знаком, став универсальной метафорой для описания многих социальных и культурных процессов.

Материалом для моего исследования послужили инсталляции и выставочные проекты последних лет. Выбор именно российских художников позволяет проследить, как универсальный древний символ адаптируется и по-новому раскрывается в реалиях локального культурного контекста. В статье подробно анализируется масштабная инсталляция Александра Пономарева «Уроборос», представленная на фоне египетских пирамид плато Гиза в рамках биеннале Forever is Now (2021). Значительное внимание уделяется проектам участников тематической выставки «Уроборос» в галерее JART: в частности, рассматривается серия коллажей Андрея Сяйлева.

Также в фокусе обзора находится серия «Метаморфозы» Александра Гребенщикова, представленная в выставочном зале Музея-заповедника «Шушенское» в Красноярском крае. Кроме того, данное исследование включает в себя анализ арт-объекта Владимира Карташова «Машина» — сложной пространственной скульптуры.

В качестве источников для теоретического анализа темы я выбрала «Сбитое „колесо жизни“: эссе об уроборосах» Дмитрия Узланера и «The Circle of the Snake: Nostalgia and Utopia in the Age of Big Tech» под авторством Графтона Таннера. Первая статья помогает объяснить, почему современные художники обращаются к образу уробороса не ради средневековой мистики, а чтобы проанализировать автономию и цикличность современного мира, вторая же широко обозревает этот символ как доминирующую метафору современной визуальной культуры, медиа-арта и технологического дизайна.

Рубрикация исследования построена от общего к частному: в первом разделе символ уробороса широко рассматривается с религиозной и мифологической точек зрения, второй раздел сужает тему, фокусируясь на современных практиках использования этого символа в медиа-арте, дизайне и в целом визуальной культуре. Третий раздел поделен на три части: в каждой из них подробно рассматриваются работы Александра Пономарева, Андрея Сяйлева, Александра Гребенщикова и Владимира Карташова, резюмируя предыдущие разделы.

Уроборос представляет собой один из наиболее устойчивых архетипических символов, олицетворяющий в мировой культуре единство, вечность и циклическую природу бытия. В своем эссе Дмитрий Узланер рассматривает этот образ как «символ тотальности», где начало и конец неразрывно слиты в бесконечном акте самопоглощения.

Исторические корни символа уходят в Древний Египет, где змей, кусающий свой хвост, обозначал сакральную границу между упорядоченным миром и хаотической бездной. Гностическая традиция закрепила за Уроборосом статус «Мировой Души», выражая через него принцип «Все в одном» (En to Pan), подчеркивающий абсолютную самодостаточность космоса. Алхимики средневековья трансформировали этот мифологический образ в визуализацию циклического процесса трансформации материи, где распад одного элемента неизбежно становится рождением другого.

«Уроборос — это не просто круг, это живое существо, которое поддерживает свое существование за счет самого себя» [Узланер, 2020, с. 222]. В религиозном контексте символ традиционно функционировал как «Колесо жизни», гарантируя стабильность мироздания через предсказуемое повторение циклов. Узланер акцентирует внимание на том, что историческое укоренение Уробороса связано с идеей герметичности — защищенности внутреннего сакрального пространства от внешнего разрушительного воздействия.

Однако уроборос содержит в себе и пугающий аспект «аутофагии», напоминая о том, что любая закрытая система рано или поздно начинает питаться собственными ресурсами. В конечном итоге, символ укоренился в качестве мощной метафоры системы, стремящейся к идеальному самосохранению и исключающей любое вторжение «чужого» извне. Через анализ Узланера становится ясно, что этот древний знак эволюционировал от божественного символа вечности до критической модели современного «замкнутого» существования, где колесо жизни оказывается «сбитым».

В современной визуальной культуре образ уробороса превратился в мощную метафору алгоритмических циклов. Согласно Грэфтону Таннеру, этот древний змей сегодня олицетворяет «замкнутую петлю»: в практиках медиа-арта уроборос часто используется для критики бесконечного самовоспроизводства контента, где нейросети обучаются на собственных данных, создавая визуальную рекурсию.

Современность охвачена своего рода «цифровой ностальгией», которая запирает нас в прошлом. Как пишет автор: «The ouroboros is the mascot of our age: a serpent devouring its own tail, symbolizing a world that has reached its limit and is now feeding on itself» [Tanner, 2020, p. 12] [Уроборос — талисман нашей эпохи: змей, пожирающий собственный хвост, символизирующий мир, который достиг своего предела и теперь питается самим собой].

Визуальное искусство также обращается к уроборосу для осмысления проблем глобализации: змей, кусающий свой хвост, в этом контексте становится предупреждением о конечности ресурсов в системе, стремящейся к бесконечному росту. В конечном счете, современные кураторские проекты через этот символ пытаются найти выход за пределы существующей петли, предлагая альтернативные, линейные пути развития. Уроборос в искусстве XXI века — это уже не мистический символ вечности, а признак стремления к идеальной, но удушающей глобализации.

Инсталляция Александра Пономарева, размещенная на плато Гиза, представляет собой две огромные лодки, соединенные в форме знака бесконечности или мифического змея. 16-метровая конструкция реализована в рамках биеннале современного искусства Forever is Now 2021, первой выставки, которая прошла на плато Гиза за 4500-летнюю историю пирамид.

Автор обращается к древнеегипетской мифологии, где уроборос символизировал суточный путь солнца и вечное возрождение. Выбор лодок как основного элемента отсылает к солнечной ладье бога Ра, подчеркивая связь между движением времени и стихией воды.

Пономарев вкладывает в работу идею цикличности цивилизаций, где песок пустыни поглощает и вновь являет миру артефакты прошлого. Объект выполнен из стекла и металла, что позволяет ему «растворяться» в пространстве, отражая вечные пирамиды. Таким образом, кураторский замысел и работа художника объединяют современное инженерное искусство с глубокой архаикой, превращая уробороса в навигационный прибор для путешествия сквозь эпохи.

В проекте Андрея Сяйлева символ уробороса концептуализируется через материальность повседневности и архитектурную память. Художник создает коллажи из фрагментов кирпичей, плитки и других строительных материалов, визуализируя процесс бесконечного самопожирания и обновления городской среды.

Предмет рефлексии Сйялева — городское пространство, темы культурной и городской памяти: частые герои его произведений — паттерновые конструкции, например, кирпичи, плитка или книги. Эти материалы так же возвращают нас к теме уробороса, застывшего во времени — для художника они играют роль идеальных форм «спрессованного» времени.

Александр Гребенщиков в серии «Метаморфозы» использует образ уробороса для исследования трансформации человеческого духа и природных циклов Сибири. Его работы, представленные в Шушенском, опираются на символизм, где змей часто переплетается с фигурой человека или элементами пейзажа.

Художник вкладывает в символ идею внутреннего самопознания: человек, подобно уроборосу, должен «поглотить» свои прошлые воплощения, чтобы достичь новой стадии развития. Цикличность в интерпретации Гребенщикова тесно связана с ритмами природы и фольклорными мотивами, где смерть является лишь необходимым этапом перед трансформацией. Уроборос здесь становится напоминанием о законе сохранения энергии в мироздании и неразрывной связи между микрокосмом души и макрокосмом вселенной.

Проект Владимира Карташова «Машина» представляет собой сложное визуальное исследование, где уроборос становится метафорой цифровой рекурсии и алгоритмического контроля. В контексте его эстетики, сочетающей академическую живопись и визуальный язык видеоигр, змей символизирует бесконечный цикл обработки данных «технологической машины».

Смысл работы заключается в критике современного технократического общества, где прогресс парадоксальным образом ведет к стагнации внутри замкнутых систем. Карташов показывает, что «Машина» современности питается собственными изображениями и ошибками, создавая иллюзию движения при фактической неподвижности в петле кода. Уроборос в его исполнении — это цифровая утопия, ставшая ловушкой для человеческого внимания.

В этом визуальном исследовании мной было рассмотрено, как символ уробороса в актуальных практиках утратил чисто мифический контекст, став универсальной социально-культурной метафорой. Обращение художников к образу змеи, кусающей свой хвост, продиктовано стремлением отрефлексировать цикличность и самодостаточность современного мира: статус уробороса укоренился в нашей визуальной культуре как одна из доминирующих метафор.

Инсталяция Александра Пономарева на плато Гиза и коллажи Андрея Сяйлева в галерее JART подтверждают, что такой древний знак, как уроборос, пластично адаптируется к новым реалиям, проявляя универсальность. Исследование серии «Метаморфозы» Александра Гребенщикова и пространственной скульптуры «Машина» Владимира Карташова показывает способность символа быть инструментом для фиксации хрупкости окружающего нас мира и нашего с ним единства.

Через форму арт-объектов авторы исследуют неразрывную связь процессов мироздания, жизни и смерти, создания и разрушения: уроборос в современном искусстве выступает ключевым напоминанием о том, что в цикличной структуре бытия любой конец неизбежно становится отправной точкой для нового начала.