Образы безрезультатности в искусстве и массовой культуре на HSE SPACE

Рубрикатор

I. Сизиф: бесконечность как судьба II. Механизм: действие без цели III. Материя: ускользание и распад IV. Повседневность: нормализация бессмысленного усилия V. Заключение

Концепция

Современная визуальная культура всё чаще фиксирует состояние, в котором действие теряет свою направленность к результату. Если в классическом искусстве действие предполагало завершение (победу, катарсис, трансформацию), то в современности всё чаще возникает ситуация, где процесс становится замкнутым, а результат недостижимым или постоянно отменяемым. Это состояние можно определить как визуализированную безрезультатность.

Актуальность исследования обусловлена изменением самой структуры опыта: в цифровой и постиндустриальной среде человек оказывается вовлечён в бесконечные циклы действий обновление ленты, повторяющиеся рабочие процессы, игровые механики без финала. Эти процессы имитируют продуктивность, но не приводят к завершению. Визуальная культура не просто отражает это состояние, но формирует его устойчивые образы.

Выбор темы связан с попыткой проследить, как бесполезное усилие превращается в визуальный паттерн, узнаваемый в разных медиумах: от мифологических сюжетов до роботизированных инсталляций и интернет-гифов. В отличие от традиционного понимания труда, здесь действие не имеет накопительного эффекта: оно либо обнуляется, либо бесконечно откладывает результат.

Принцип отбора материала основан на трёх критериях: — наличие повторяющегося действия — отсутствие или невозможность результата — визуально выраженный цикл (движение, распад, возврат к исходной точке) То есть, в исследование включаются не только произведения искусства, но и элементы массовой культуры, где эти признаки проявляются наиболее явно.

При анализе текстовых источников используется философский и медиатеоретический подход: рассматриваются концепции абсурда (Камю), симуляции (Бодрийяр), а также исследования цифровых интерфейсов и циклических процессов. Источники используются как рамка интерпретации, а не как основа текста, что позволяет сохранить авторскую позицию.

Почему в современной визуальной культуре действие всё чаще лишается результата, и как это влияет на восприятие человеческого опыта?

Безрезультатность становится не просто темой, а базовой формой организации визуального опыта: зритель больше не наблюдает завершённое действие, а оказывается внутри бесконечного процесса, где сама попытка заменяет результат.

Визуальное исследование рассматривает безрезультатность как универсальный язык современной культуры — язык, в котором процесс вытесняет результат, а усилие становится самоцелью.

I. Сизиф: бесконечность как судьба

Мифологические сюжеты становятся одними из первых образов, в которых безрезультатность приобретает визуальную форму. В этих историях действие уже существует как цикл, не предполагающий завершения. Герой оказывается заключён внутри повторения, а усилие теряет способность приводить к результату.

В дальнейшем эта структура станет основой для множества художественных и культурных образов XX–XXI века.

Franz Stuck: Sisyphus (1920) // Titian: Sisyphus (1549) Тициан

Штук изображает Сизифа не как героя, а как фигуру, полностью поглощённую усилием. Пространство картины словно сжимается вокруг тела, фиксируя его внутри бесконечного напряжения. Безрезультатность здесь проявляется через невозможность завершения действия. Камень не становится целью — он становится механизмом повторения.

У Тициана мифологическая сцена приобретает монументальный масштаб. Однако величие фигуры не делает её свободной: движение остаётся обречённым на вечное повторение. Картина показывает противоречие между грандиозностью усилия и отсутствием результата. Чем сильнее напряжение, тем очевиднее бесполезность действия.

Friedrich John nach Matthäus Loder Sisyphus 19th century // Tableaux du temple des muses 1655

В этой версии миф теряет героическую дистанцию и начинает восприниматься как универсальная метафора человеческого существования. Сизиф превращается в образ повседневного труда, который воспроизводится независимо от результата.

Гравюры из этого издания демонстрируют, насколько устойчивым становится образ наказания через повторение. Безрезультатность закрепляется как культурный архетип и начинает существовать вне конкретного произведения.

Исходный размер 1704x2400

Ангелика Кауфман — «Пенелопа за ткацким станком», 1764

Пенелопа — один из первых образов добровольного цикла, в котором повторение становится способом удержать ситуацию. Днём она ткет, ночью распускает ткань, и именно это постоянное возвращение к исходной точке делает её действие символом отсроченного результата. Здесь безрезультатность приобретает более сложный смысл: она не только наказание, но и стратегия выживания.

Исходный размер 1280x850

Хосе Клементе Ороско, Prometheus (1930)

Прометей у Ороско связан с темой жертвы, за которую не следует освобождение. Его фигура несёт в себе напряжение между даром и наказанием, между действием и его бесконечным продолжением в боли. В рамках исследования эта работа показывает, что безрезультатность может выражаться не только в бессмысленном труде, но и в невозможности завершить акт сопротивления.

Сальватор Роза, Torture of Prometheus (ок. 1646–1648) // Томас Коул, Prometheus Bound (1847)

У Розы страдание превращается в визуальную форму вечного возвращения. Важно, что мучение здесь не предполагает финала: оно не «ведёт» к развязке, а существует как самодостаточный цикл. Так закрепляется один из ключевых мотивов исследования — повторение как форма насилия над временем.

У Коула мифологическая сцена разворачивается как поэтическое созерцание невозможного освобождения. Фигура Прометея, несмотря на всю величественность образа, остаётся неподвижной в своей обречённости. Это ещё один пример того, как классическое искусство переводит безрезультатность в язык возвышенного.

Огюст Роден, Danaid (1889)

Данаида у Родена — это уже почти чистая пластическая метафора ускользания. Невозможность удержать воду становится равнозначной невозможности сохранить результат. Скульптура фиксирует мгновение, в котором действие уже обернулось утечкой. Здесь особенно ясно проявляется мотив распада результата прямо в момент его достижения.

Исходный размер 500x591

Герберт Джеймс Дрейпер, The Lament for Icarus (1898)

Икар у Дрейпера — образ падения, которое уже произошло, но ещё не стало окончанием. Это не сцена победы или катастрофы как события, а сцена последствий, которые продолжают существовать после утраты цели. Безрезультатность здесь связана с невозможностью удержать высоту: движение вверх само содержит в себе будущий провал.

Питер Брейгель Старший, Landscape with the Fall of Icarus (XVI век) масло // Питер Брейгель Старший, Landscape with the Fall of Icarus (XVI век) копия

У Брейгеля особенно важен разрыв между масштабом трагедии и индифферентностью мира. Икар падает, но окружающее пространство продолжает работать по своим законам. Эта картина показывает, что безрезультатность может быть не только личной, но и космически безразличной: действие происходит, но мир не меняется.

Исходный размер 2876x2172

Жусепе де Рибера, Ixion (1632)

Иксион — одна из наиболее жёстких форм вечного наказания. Колесо, как символ бесконечного движения, становится чистой моделью цикла без выхода. В этом образе зафиксирована сама логика исследования: повторение не ведёт к развитию, оно является формой удержания субъекта внутри замкнутого процесса.

II. Механизм: действие без цели

В индустриальную эпоху безрезультатность перестаёт быть мифологическим наказанием и становится частью системы труда, техники и автоматизма. Повторение больше не выглядит исключением — оно превращается в нормальный режим существования.

Исходный размер 1280x741

Sun Yuan and Peng Yu «Can’t Help Myself»

Это центральный кейс всей работы. Роботизированная рука постоянно пытается собрать рассыпающуюся жидкость, но каждый жест даёт лишь временный эффект. Как только задача кажется выполненной, материал снова ускользает. Смысл работы строится на парадоксе: машина продолжает действовать даже тогда, когда её задача заведомо невыполнима. Именно здесь безрезультатность становится почти физически ощутимой. Зритель наблюдает не результат, а саму структуру бесконечной попытки.

Нет изображения

Can't help myself видео

Исходный размер 1280x720

Charlie Chaplin Modern Times

У Чаплина человек попадает внутрь индустриального ритма, где его тело подчиняется машинной логике. Повторение здесь возникает как форма обезличивания: герой не управляет процессом, а становится частью производственного цикла. Работа показывает, как модерность превращает труд в механический жест, лишённый окончательного смысла.

Нет изображения

Modern times видео

Исходный размер 2000x1130

Жак Тати, Playtime (1967)

У Тати современное пространство выглядит как стерильная система, в которой человек постоянно сталкивается с избыточностью движения и отсутствием ясной цели. Повторяющиеся жесты, одинаковые маршруты, пустые пространства создают ощущение, что действие существует само по себе, не приводя ни к какому результату. Это уже не фабрика, а цивилизация повторения.

Нет изображения

Playtime видео

Исходный размер 1000x538

Mike Judge, Office Space (1999)

Офис в этом фильме становится местом, где бессмысленность принимает бытовую форму. Бумаги, отчёты, разговоры и ритуалы повторяются ежедневно, но не создают ощущения продвижения. Важен не кризис, а его нормализация: безрезультатность становится привычной частью рабочего дня.

Нет изображения

Office space видео

Исходный размер 1040x680

Сэмюэл Беккет, Quad (1981)

В Quad движение сведено к почти математической схеме. Персонажи перемещаются по заданному маршруту, избегают столкновений, но не выходят за пределы системы. Это чистая визуализация циклического действия: всё движется, но ничего не меняется. Беккет формулирует предельно сухую и точную модель мира без финала.

Нет изображения

Quad видео

III. Материя: ускользание и распад

В работах этого раздела безрезультатность выражается через свойства самой материи. Свет, вода, лёд и отражение становятся нестабильными элементами, которые невозможно удержать в фиксированном состоянии.

Olafur Eliasson, The Weather Project (2003)

Инсталляция создаёт искусственный солнечный диск и атмосферу, которая одновременно кажется убедительной и заведомо сконструированной. Свет здесь не дарит ясности, а производит ощущение недостижимости. Работа важна для исследования тем, что делает саму иллюзию среды частью художественного опыта: зритель находится внутри искусственного явления, которое невозможно удержать.

Исходный размер 4000x3005

Olafur Eliasson, Riverbed (2014)

В этой работе музейное пространство превращается в ландшафт, но ландшафт этот не стабилен, а организован как временная среда. Он кажется природным, но на деле существует как художественная конструкция. Это образ нестабильного результата: то, что выглядит как цельная сцена, на самом деле является процессом размывания границ.

Olafur Eliasson, Riverbed (2014)

Исходный размер 2500x1667

Olafur Eliasson, Ice Watch (2015)

Таяние льда делает распад главной темой работы. Важно, что здесь исчезновение не скрывается, а демонстрируется как часть художественного действия. Зритель видит не объект в его завершённости, а объект в моменте утраты собственной формы. Это один из самых буквальных визуальных образов безрезультатности как распада результата.

Olafur Eliasson, Ice Watch (2015)

Исходный размер 1280x720

viola studio Bill Viola, The Reflecting Pool (1977–1979)

У Виолы вода становится пространством задержки. Движение происходит, но его финал как будто всё время отодвигается. Работа строится на ощущении временного смещения, где действие не завершается, а растворяется в собственном отражении. Это тонкая форма безрезультатности: не провал, а бесконечное откладывание.

Нет изображения

The reflecting pool

Исходный размер 2966x3543

Bill Viola, The Greeting (1995)

Замедление здесь доведено до почти неподвижного состояния. Жесты, взгляды и встреча как будто уже состоялись, но остаются в растянутом времени. Это не просто изображение взаимодействия, а исследование того, как событие может терять свою решающую точку и превращаться в длительное ожидание результата.

Нет изображения

The greeting видео

Исходный размер 1878x1200

Bill Viola, The Crossing (1996)

Фигура человека сталкивается со стихией воды и огня, и в этом столкновении появляется образ поглощения, а не преобразования. Человек не побеждает стихию и не выходит из неё обновлённым; он исчезает в процессе. Работа показывает, что результат может быть отменён самой средой, в которой он должен был возникнуть.

Нет изображения

The crossing видео

IV. Повседневность: нормализация бессмысленного усилия

В массовой культуре безрезультатность становится частью повседневного визуального языка. Мемы, плакаты и поп-арт не преодолевают кризис, а фиксируют состояние постоянного повторения и эмоционального истощения.

Keep Calm and Carry On (1939)

Этот плакат изначально был создан как мобилизующий призыв, но в современном культурном контексте он читается как символ сдерживания тревоги и эмоционального истощения. Его форма предельно проста, но именно в этой простоте проявляется механизм нормализации кризиса. Повторение лозунга становится способом не решения проблемы, а её эстетического удержания.

Исходный размер 1216x613

KC Green, This Is Fine (2013)

Мем строится на абсолютно ясной иронии: персонаж сидит в горящем помещении и говорит, что всё в порядке. Этот образ стал одним из самых узнаваемых символов эмоциональной адаптации к катастрофе. Безрезультатность здесь проявляется в том, что кризис не преодолевается, а принимается как фон.

Исходный размер 2560x1810

Andy Warhol, Marilyn Diptych (1962)

Уорхол переводит уникальный образ в логику серийного воспроизводства. Повторение одного и того же лица постепенно разрушает идею неповторимости. В контексте исследования эта работа показывает, что массовая культура способна производить бесконечную видимость образа, но не его смысловую завершённость.

Barbara Kruger, Your Body Is a Battleground (1989) // Barbara Kruger, I shop therefore I am (1987/1990)

Плакат Крuger работает как форма политического и визуального давления. Здесь образ не просто повторяется, а вступает в конфликт с текстом, создавая напряжённую систему утверждения и сопротивления. Для темы безрезультатности важно, что тело представлено как поле постоянной борьбы, в которой не предполагается окончательной победы.

Эта работа особенно точно показывает, как потребление превращается в форму существования. Идентичность здесь строится через бесконечный цикл покупки, желания и подтверждения себя через вещь. В рамках исследования это один из ключевых примеров того, как массовая культура делает безрезультатность структурой субъективности: действие продолжается, но результат всегда откладывается новым желанием.

Я снова проиграл

Исходный размер 1344x768

V. Заключение

В ходе исследования было выявлено, что образы безрезультатности проходят через всю историю визуальной культуры — от античных мифов до современной цифровой среды. Несмотря на различие эпох и медиумов, их объединяет одна структура: действие продолжается, но результат постоянно откладывается, разрушается или исчезает.

В классическом искусстве безрезультатность чаще всего связана с наказанием или трагической судьбой. Однако в современности она перестаёт быть исключительным состоянием и становится нормой повседневного опыта. Машины, интерфейсы, системы труда и массовая культура воспроизводят циклы, внутри которых человек продолжает действовать, даже понимая невозможность завершения.

Особенно важно, что современное искусство всё чаще показывает не итог действия, а сам процесс бесконечной попытки. Зритель оказывается не наблюдателем результата, а участником замкнутого времени, где движение существует ради собственного продолжения.

Тем самым, гипотеза исследования подтверждается: безрезультатность становится одной из базовых форм организации современного визуального опыта. Она проявляется через повторение, распад, задержку и цикличность, превращая попытку в самостоятельную форму существования.

Библиография

Камю А. Миф о Сизифе / пер. с фр. — М.: АСТ, 2022. — 320 с. (дата обращения: 01.05.2026).

Fowler C. The Clock: Gesture and Cinematic Replaying // Framework: The Journal of Cinema and Media. — 2013. — Vol. 54, № 2. — P. 226–242. (дата обращения: 01.05.2026).

Horwatt E. On The Clock and Christian Marclay’s Instrumental Logic of Appropriation // Framework: The Journal of Cinema and Media. — 2013. — Vol. 54, № 2. — P. 208–225. (дата обращения: 01.05.2026).

Dorment R. A Terrifying Beauty // The Telegraph. — 2003. — 12 Nov. URL: https://www.telegraph.co.uk/culture/art/3609838/A-terrifying-beauty.html (дата обращения: 01.05.2026).

Cubero V. «I shop therefore I am»: Barbara Kruger and the Critique of Consumer Culture // The Journal of Aesthetics and Culture. — 2012. — Vol. 4. — P. 1–9. (дата обращения: 01.05.2026).

Источники изображений

https://en.wikipedia.org/wiki/Sisyphus_(Titian)#/media/File: Punishment_sisyph.jpg (дата обращения: 27.04.2026)

https://en.wikipedia.org/wiki/Sisyphus_(Titian)#/media/File: Sisyphus_by_von_Stuck.jpg (дата обращения: 27.04.2026)

https://commons.wikimedia.org/wiki/File:Tableaux_du_temple_des_muses_-_tirez_du_cabinet_de_feu_Mr._Fauereau,_conseiller_du_roy_en_sa_Cour_des_aydes,_and_grauez_en_tailles-douces_par_les_meilleurs_maistres_de_son_temps,pour_representer_les(14586827239).jpg (дата обращения: 27.04.2026)

https://commons.wikimedia.org/wiki/File:Friedrich_John_nach_Matth%C3%A4us_Loder_Sisyphus_ubs_G_0825_II.jpg (дата обращения: 27.04.2026)

https://commons.wikimedia.org/wiki/File:Nekyia_Staatliche_Antikensammlungen_1494.jpg?utm_medium=organic&utm_source=yandexsmartcamera (дата обращения: 27.04.2026)

https://www.vecteezy.com/vector-art/68387374-greek-mythology-sisyphus-pushing-a-rock (дата обращения: 27.04.2026)

https://br.pinterest.com/pin/99712579247466368/ (дата обращения: 27.04.2026)

https://www.getty.edu/news/thinking-about-sisyphus-or-the-afterlife-with-some-rock-n-roll/ (дата обращения: 27.04.2026)

https://www.moma.org/collection/works/79656 (дата обращения: 27.04.2026)

10.

https://www.pinterest.com/pin/91268329934200266/ (дата обращения: 27.04.2026)