Прекрасное и возвышенное в световых инсталляциях Джеймса Таррелла

— Введение в эстетику Канта: концепции прекрасного и возвышенного, особенности их проявления в инсталляциях Таррелла — Прекрасное в работах Джеймса Таррелла — Возвышенное в работах Джеймса Таррелла — Синтез прекрасного и возвышенного — Заключение — Источники

Джеймс Таррелл — это современный художник, широко известный благодаря своим световыми инсталляциями, которые исследуют природу света, восприятия и пространства. На протяжении десятилетий он стремится «создать свет таким, каким он представлен в наших мечтах», изучить феномены человеческого восприятия и понять, как формируется наш визуальный опыт. [12]

Уникальное световое искусство Таррелла даёт основу для исследования двух эстетических категорий — прекрасного и возвышенного, представленных Иммануилом Кантом в «Критике способности суждения».

Не смотря на то, что Кант в своей системе относил искусство в большей степени к прекрасному, а возвышенное связывал с первозданной природой, его тексты содержат потенциал для расширительного толкования. В своих работах Джеймс Таррелл помещает природные явления, такие как свет и космос, в контролируемое пространство искусства. Это подводит к следующему вопросу: может ли объект, созданный человеком, вызывать переживание возвышенного, которое описывалось Кантом как «беспокойное волнение» перед безграничным и могущественным?

Данное исследование призвано доказать, что работы Таррелла не только воплощают идеи прекрасного через гармонию, чистый цвет и форму, а также создают переживание возвышенного, образуя синтез двух категорий.

Исследование демонстрирует, как прекрасное и возвышенное по Канту предоставляют инструмент для анализа современного искусства, актуализируя классическую эстетику.

Принцип рубрикации визуального исследования основан на последовательном развитии от теории к синтезу категорий Канта. В первом разделе представлен аналитический обзор концепций прекрасного и возвышенного. Во втором разделе проанализировано, как Таррелл создает условия для переживания прекрасного. В третьем разделе, посвященном возвышенному, рассмотрено, как Таррелл провоцирует переживание возвышенного. В заключительной главе показано, как две эстетические категории не просто сосуществуют, а дополняют и усиливают друг друга в одном произведении искусства.

Отбор произведений для исследования основан на их способности вызывать эстетические переживания, соответствующие кантовским понятиям. Основным текстовым источником послужила книга Иммануил Кант, «Критика способности суждения», а также книги о жизни и творчестве Джеймса Таррелла, статьи из онлайн-музеев.

В «Критике способности суждения» И. Кант определяет содержание понятий прекрасного и возвышенного. Прекрасное, по Канту, связано с формой объекта и вызывает удовольствие, свободное от интереса чувств и разума, от практического интереса. Благодаря свободной игре воображения и рассудка возникает благожелательная оценка.

Восприятие возвышенного, напротив, связано с тем волнением, которое мы испытывает, созерцая нечто, выходящее за свои пределы или превышающее обычные размеры. Возвышенное может быть математическим, связанным с бесконечностью, и динамическим, внушающим страх силой природы. Но человеку свойственны поиск меры в несоразмерном и бесстрашное отношение к страшному. Потому, преодолевая страх, мы испытываем моральное удовлетворение. [2]

Мое исследование, посвящено световым инсталляциям. В эстетике Канта нет понятия «световое искусство». Но опираясь на его систему классификации искусств, можно провести обоснованную аналогию. Кант выделяет три вида прекрасного в искусстве: «словесное, изобразительное и искусство игры ощущений». Именно к третьему виду в первую очередь относится творчество Таррелла. Он работает с чистым светом и цветом как с материалом, создавая непосредственное ощущение. Кроме того, можно выделить архитектуру в его работах. Таррелл не просто проецирует свет; он создает сложнейшие пространства для его восприятия, строит полноценную среду, где свет становится архитектурным элементом.

Таким образом, Джеймс Таррелл создаёт своё искусство на стыке трёх категорий. В его основе — искусство игры ощущений, где свет как чистое воздействие. Всё произведение искусства возникает в контексте архитектуры, где свет выступает элементом организованного пространства.

В следующих главах, я детально разберу эти аспекты на примере работ Джеймса Таррелла.

Одна из известных серий работ — это «Ganzfeld». Зритель попадает в помещение с закругленными углами, где пол и стены заливаются ярким, меняющимся цветным светом. Восприятие объема помещения и всякие текстуры просто исчезают. Пространство кажется бесконечным, однородным, превращается в чистый, нематериальный цвет.

Кант считал, что чистые окраски — это пример прекрасного. В «Ganzfeld» Таррелл создает идеальную среду для созерцания цвета как такового. Исчезают всякие границы, что приводит к состоянию покоя и созерцательной гармонии.

Его работа вызывает чувство гармонии, покоя и интеллектуального удовольствия. Серию инсталляций «Ganzfeld» можно рассматривать как чистую, лишенную предметности форму, которая соответствует кантовскому понятию "целесообразности без цели". Возникает искусство игры зрительных ощущений.

Работы «Projection Pieces» одна из самых ранних и знаковых серий. Таррелл проецирует луч света на стены комнаты, создавая иллюзию парящей в воздухе геометрической фигуры. Например, в произведении «Squat Blue» края куба кажутся четкими, а световое поле — ровным и чистым.

Здесь воплощена кантовская «целесообразность без цели». Объект обладает совершенной формой, которая кажется нам целесообразной, но при этом он не имеет никакого утилитарного значения. Куб и пирамида, которые мы видим, на самом деле иллюзия. Зритель испытывает интеллектуальное удовольствие от гармонии формы и чистоты явления, от того, как простой свет обманывает восприятие, создавая самодостаточную форму. Разум и воображение вступают в свободную игру, пытаясь разрешить данное противоречие.

Созданные художником «пространства в пространстве» из серии «Constellation» представляют собой инструменты для изменения нашего восприятия. Они знакомят зрителя с реальной материальностью света, с тем, что Таррелл называет «физическим проявлением света».[4]

При взгляде на них границы окружающего пространства постепенно растворяются, окутывая зрителя сиянием чистого цвета. [4] Это свойственно кантовскому понятию прекрасного.