Шанель. Секреты Коко

В 1926 году американский Vogue опубликовал рисунок Шанель: простое чёрное платье до колен, длинные рукава, ни капли украшений. Журнал писал: «Это платье станет для женщин таким же, каким стал автомобиль Ford Model T для американцев — универсальным и доступным». Чёрный цвет до того ассоциировался с трауром или прислугой — Шанель превратила его в символ элегантности без возраста и социального статуса. Сегодня маленькое чёрное платье есть в гардеробе почти каждой женщины — Шанель забрала этот цвет из-под власти смерти и отдала его моде.

Шанель хотела создать парфюм, который пахнет не розами и жасмином, а женщиной. Русский парфюмер Эрнест Бо, бежавший от большевиков во Францию, предложил ей серию образцов с синтетическими альдегидами — Коко выбрала пробирку номер пять. Так появились первые в истории духи, не имитирующие природу, а создающие искусственный, абстрактный аромат. Простой прямоугольный флакон, лабораторная этикетка, никакой вычурности — и Мэрилин Монро, признающаяся, что в постели носит только «каплю No. 5». Доходы от этих духов сделали Шанель миллионершей, а парфюмерную индустрию разделили на «до» и «после».

Коко ненавидела корсет, ненавидела всё, что мешало женщине дышать, двигаться, садиться в автомобиль без помощи лакея. Сначала она одела всех в джерси — дешёвый трикотаж для мужского белья. Потом Шанель одела женщин в мужские твидовые пиджаки, юбки-карандаш, тельняшки и широкие брюки. В 1954 году, когда Диор уже затянул послевоенных дам обратно в осиную талию, Коко вернулась во Францию с костюмом, который не стеснял движений. Французская пресса отозвалась о нём презрительно, американская же, напротив, — восхитилась. Сегодня твидовый костюм Chanel — не просто одежда, а один из символов эмансипации.

В 2011 году французские архивы подтвердили то, о чём то тут, то там шептались десятилетиями: Коко Шанель была немецкой шпионкой — номер F-7124 в досье Абвера, связная, выполнявшая поручения в Мадриде. Во время войны она жила в парижском «Рице» с бароном фон Динклаге, офицером немецкой разведки. К тому же, она пыталась использовать нацистские антиеврейские законы, чтобы отобрать долю в парфюмерном бизнесе у своих партнёров Вертхаймеров, однако те вовремя передали акции подставному американцу.

Шанель не просто врала — она систематически переписывала биографию. Приют в Обазине, в котором выросла, она превратила в «дом тётушек в провинции». Пьющего отца-коробейника — в солидного коммерсанта. Годы нужды — в живописные каникулы. Даже дату рождения она меняла, чтобы казаться моложе. В её автобиографических интервью правда почти всегда мешалась с вымыслом — и именно эта способность создавать мифы была главным талантом Шанель. Она продавала не платья и не духи — она продавала женщинам образ самих себя, какими они хотели быть — или, по крайней мере, казаться.

Коко Шанель умерла в 1971 году в номере «Рица» — том самом, где пережила войну. Ей было 87. После неё осталась империя, которую Карл Лагерфельд превратил в мировой гигант, и надгробие с изображением пяти львиных голов в швейцарской Лозанне. Её хоронили при полном зале, но без единого французского чиновника высокого ранга — слишком свежа была память о F-7124. Сегодня, впрочем, это не имеет большого значения: её имя стало синонимом элегантности, а её биография — примером того, что прошлое можно переписать (или, по крайней мере, постараться).