Возвышенное и утрата человеческого в сеттинге зомби-апокалипсиса

Сеттинг зомби-апокалипсиса кажется на первый взгляд жанрово простым: мир разрушен, люди заражены, выжившие борются за ресурсы, а мертвецы угрожают живым. Однако устойчивость этого сюжета в массовой культуре объясняется не только привлекательностью ужаса.

В рамках кантовской эстетики особенно важна категория динамически возвышенного. В «Критике способности суждения» Кант различает прекрасное и возвышенное. Прекрасное связано с формой, гармонией, свободной игрой воображения и рассудка; возвышенное же возникает там, где форма как будто разрушается, где человек сталкивается с чрезмерным, угрожающим, превышающим его чувственные способности. Если математически возвышенное связано с величиной, то динамически возвышенное — с силой. Природа предстает как могущество, способное уничтожить человека физически, но именно это переживание может открыть человеку его сверхчувственное назначение: способность мыслить свободу, моральный закон и достоинство, не сводимое к телу.

Под аполлоническим он подразумевает порядок, форму, ясность и сон. Дионисийское же он связал с опьянением, хаосом, разрушением границ, что приводит к утрате собственной идентичности. В дионисийском опыте исчезает индивидуальная личность, оставляя лишь поток эмоций. В этом исследовании дионисийское рассматривается не как черта персонажа, а как опыт зрителя или игрока: когда он видит массовую гибель людей, превращение человека в монстра, крушение всех правил, он и сам погружается в этот хаос и теряет привычные ориентиры.

«The Last of Us» представляет катастрофу как природно-биологическое заражение, где человек постепенно поглощается вирусом-грибком. «Resident Evil» показывает техногенную катастрофу, где вирусы созданные человеком выходят из-под контроля. Сериал «Извне» выбран как смежный пример: в нём зомби-апокалипсис не представлен буквально, но сериал также строится вокруг изоляции, выживания, ночной угрозы перед человекоподобными существами и разрушения привычных законов мира. В исследование игры и сериал анализируются не только через сюжет, но и через пространство, визуальные образы, игровые механики и так далее.

Исследование строится по сравнительному принципу. Сначала задаётся теоретическая рамка: возвышенное у Канта и аполлоническое/дионисийское у Ницше. Затем отдельно анализируются «The Last of Us», «Resident Evil» и «Извне».

Гипотеза состоит в том, что столкновение с масштабом катастрофы, биологической силой заражения и разрушением рационального порядка не просто пугает, а вызывает возвышенное чувство. И одновременно с этим рождает дионисийский опыт: разрушение «я» и погружение в хаос. Именно это сочетание делает зомби-апокалипсис таким притягательным.

Действие «The Last of Us» разворачивается в мире, разрушенном пандемией мутировавшего кордицепса. В реальной природе кордицепс — это грибок-паразит, поражающий насекомых и изменяющий их поведение ради собственного размножения. В мире игры этот принцип перенесён на человека: грибок адаптируется к человеческому организму, заражает нервную систему и постепенно подчиняет себе тело носителя. Заражение передаётся через укусы, а также, через споры в заражённых зонах.

После начала пандемии цивилизация быстро рушится. Государственные институты не исчезают мгновенно, но превращаются в военизированные карантинные зоны под контролем FEDRA. За пределами этих зон остаются заброшенные города, поселения выживших, банды, заражённые территории и пространства, где природа постепенно вытесняет человеческую инфраструктуру. Люди живут в условиях постоянного дефицита, страха и недоверия. Даже те, кто не заражён, вынуждены существовать в мире, где прежние моральные и социальные нормы больше не гарантированы.

Заражённые проходят несколько стадий. На ранних этапах это бегуны, ещё сохраняющие отдалённые человеческие черты, но уже утратившие контроль над собой. Затем появляются сталкеры, щелкуны и более поздние формы, у которых грибковые наросты деформируют тело и лицо, почти полностью уничтожая человеческий облик. Чем дольше длится заражение, тем меньше в существе остаётся узнаваемого человека и тем сильнее оно становится частью биологической стихии грибка.

В «The Last of Us» кантовское математически возвышенное проявляется прежде всего в образе мира, который пережил человека. Города заросли растительностью, здания обрушились, дороги разрушены, природа заняла пространство цивилизации. Игрок постоянно сталкивается с масштабом исторической катастрофы: исчезли государственные институты, привычная экономика, право, медицина, семья как устойчивая социальная структура и многое другое, на чём строится жизнь любого человека сейчас.

Особенно впечатляют моменты, когда игрок оказывается в заброшенных городских пространствах. Игрок видит следы прежней жизни — квартиры, школы, офисы, магазины, больницы, — но всё это больше не имеет смысла. В этот момент у игрока возникает чувство математического возвышенного, так как воображение не может полностью охватить масштаб утраты. Речь идёт не об одном разрушенном доме, а о целой цивилизации, что невозможно вообразить у себя в голове.

Кантовское возвышенное в этом случае проявляется из-за конфликта между человеческим опытом и масштабом произошедшего. Мы можем увидеть отдельный фрагмент — коридор, комнату, улицу,— но не можем представить целиком масштаб катастрофы. И игрок в таком пространстве начинает действовать иначе, чем в обычном экшен-сеттинге: он не просто проходит уровень, а изучает его, ищет, где раньше могли жить люди люди, как рухнуло здание, почему улица стала непроходимой, что природа сделала с городом.

Кант связывал динамически возвышенное с восприятием природных явлений, таких как буря, вулкан или океан, которые вызывают у человека чувство страха и осознания собственной физической незначительности. Кордицепс в игре действует похожим образом, но вместо очевидной природной силы он представляет собой биологическую. Это не один конкретный монстр, которого можно победить, а целый процесс: заражение, распространение грибка в организме и захват разума носителя. При этом игрок сохраняет определённую дистанцию благодаря экрану, интерфейсам и правилам игры, что позволяет испытывать не первобытный ужас, а возвышенное чувство.

Но особенно тревожной является тема возможного заточения сознания: в игре ранние формы зомби могут издавать звуки, похожие не только на чистую агрессию, но и на стоны боли, сопротивления или страдания. В обсуждениях игры «The Last of Us» часто всплывает вопрос: если человеком постепенно завладевает грибок, остаётся ли он где-то внутри? Даже сама возможность такого вопроса резко меняет восприятие врага. Для игрока это создаёт не обычный хоррор, а морально-телесное отвращение и сострадание одновременно.