Экранные искусства без границ: кино, видео и сны нейросетей

Лекция о новых медиа и границах экранного образа была прочитана в первый день параллельной программы выставки «Большие данные» в ММСИ.

Кино, видео, нейросети… чтобы лучше понять их, нам понадобится «генеалогия медиа».

Впрочем, история о пространстве и кадрировании начинается задолго до изобретения движущегося изображения. Необходимо начать с того, каким долгим был путь к разработке прямой перспективы в живописи.

Сложность была не только в том, чтобы выстроить ортогональные проекции и выбрать единую точку схода линий, нетривиальной задачей было также совмещение в композиции элементов разной величины. Как одновременно показать фигуры людей (средний план) и архитектуру (общий план) на одном полотне? Поначалу здания и горы получались крошечными. Важно было выбрать точный ракурс и подходящую «оптику».

Прямая перспектива, как пишет А. Ф. Лосев, является чем-то большим, чем просто художественный прием. Это «математическое оформление имманентно-субъективной интуиции», то есть, способ выразить не общее, абстрактное, божественное, а наше собственное, конкретно чувственное, человеческое видение мира.

Прямая перспектива — это наша базовая «оптика». Именно поэтому картина, воспроизводящая наше интуитивное представление о пространстве вызывает ощущение достоверности и создает яркий эффект погружения. Такая картина как бы втягивается нас в созданную художником сцену.

Таким же образом действует и фотография, а кинематограф — младший брат фотоискусства — поначалу берет за основу его композиционные приемы. Что вроде бы дает хороший результат, но не слишком помогает реализовать главную задачу фильма: рассказать историю. Когда картина строится на общих планах, следить за действием зрителю оказывается весьма непросто.

Настоящим открытием, положившем начало развитию киноязыка как самостоятельного феномена — стал монтаж.

Камера двигается, смело чередуя ракурсы, кадры сменяют друг друга по ходу развития действия, удерживая наше внимание, всю глубже погружая нас в историю.

Дальнейшее развитие экранных искусств было лишь вопросом времени.

Камера фиксирует знакомый нам облик реальности, а монтаж передает ощущение движения взгляда от объекта к объекту, движение мысли. Это наделяет кино невероятной силой убеждения.

Видеоарт и новейшие медиа продолжают развертывание экранного образа в цельный рассказ, который полностью захватывает зрителя и в то же время деконструирует собственные основания.

Художник получает власть над изображением и выходит за пределы экрана.