Концепция
XIX век в мировой истории справедливо называют эпохой индустриализации: развитие фабрик, паровых двигателей и рост городов изменили облик Европы. Россия не стала исключением. В 1837 году открылась первая железная дорога — Царскосельская, а спустя несколько лет началось строительство магистралей Однако реакция отечественных живописцев второй половины XIX века на эти события оказалась неоднозначной. С одной стороны, железная дорога воспринималась как шаг в светлое будущее. С другой — ее строили разорившиеся крестьяне, и для многих магистраль стала напоминанием о том, что старые уклады никуда не исчезли
Целью исследования стало выяснение, какая реакция на новшество оказалась ведущей в русской живописи. Актуальность работы обусловлена двойственностью общественных взглядов на одно и то же техническое изобретение. Кроме того, в 2027 году первой российской железной дороге исполнится 190 лет, что делает символичным переосмысление ее противоречивого образа сквозь призму живописи XIX века Для исследования были подобраны 5 картин. Отбор произведений основан на их репрезентативности по каждой из позиций и доступности для анализа
К. А. Савицкий / В. В. Пукирев / И. И. Левитан
Таким образом, в исследовании формулируется следующий ключевой вопрос
Какой из двух образов — «железная дорога как символ нового, прогресса, радости» или «железная дорога как продолжение существования старого уклада, знак того, что ничего не изменилось» — преобладает в русской живописи второй половины XIX века?
Для ответа на поставленный вопрос необходимо не только визуально проанализировать произведения живописи, но и привлечь текстовые источники, которые помогают контекстуализировать образ железной дороги. Принцип отбора текстовых материалов основывался на двух критериях: во-первых, авторитетность источника, и, во-вторых, его прямая связь с анализируемыми картинами или с социально-историческим контекстом второй половины XIX века
На основе анализа этих источников и предварительного визуального знакомства с произведениями выдвигается следующая гипотеза: преобладает образ магистрали как продолжение существования старого уклада. Большинство картин отражает разочарование общества в прогрессе. Для подтверждения или опровержения данного утверждения необходимо обратиться к анализу в соответствии с рубрикацией
Рубрикация
I. Парадный взгляд II. Дорога в никуда III. Развязка линий IV. Конечная станция
И. И. Левитан — «Вечер после дождя» — 1879
I. Парадный взгляд
В этом разделе рассматриваются произведения, фиксирующие восторг, удивление и гордость за страну. Две ранние работы — К.П.Беггрова (1840-е) и А.В.Петцольта (1851) — дают редкую возможность увидеть, как Россия встречала «чугунку» до того, как ее изнанку начали рисовать многие живописцы после 1860-х годов
К. П. Беггров — «Царскосельская железная дорога. Раскрашенная литография» — 1840-е
Полотно Беггрова запечатлело первый рейс пассажирского поезда по Царскосельской магистрали. Композиция построена вокруг направляющей линии в виде рельсов, уходящих по диагонали в глубину. Этот приём, характерный для академической перспективы, мгновенно фокусирует взгляд зрителя на паровозе: он главный герой сюжета, а не люди. Пространство вокруг поезда создает ощущение свободы: открытое небо занимает две трети фона, а толпа различима и не скучена. Благодаря этому холст не создаёт чувство тесноты или тревоги, а, напротив, он дышит праздничной легкостью
На перроне стоят люди. Они не заслоняют транспорт, а обращены к нему. Их позы — живые свидетельства эпохи: одни замерли в любопытстве, другие поднимают руку, указывая на паровоз . На крыше одного из вагонов мужчина в шляпе приветственно машет рукой. Эта художественная деталь вносит в сцену ноту человеческой доброжелательности: техника здесь не пугает, а напоминает долгожданного гостя. Тёплая цветовая гамма также поддерживает это ощущение уюта
А. В. Петцольт — «Под дебаркадером» — 1851
Аналогичный анализ применим к картине Петцольта. Особый интерес представляет светотеневое решение: лучи заката сверху падают на пустые рельсы В других направлениях живописи такой вид освещений часто нес символическую нагрузку: у Караваджо, представителя барокко, в «Призвании апостола Матфея» желтоватый цвет означал [1] божественное вмешательство, у Брюллова «Последний день Помпеи», объединивший романтизм и классицизм, адский красный цвет — гнев высших сил, будто небо «обрушится на их головы» [2, с.44]
Караваджо — «Призвание апостола Матфея» — 1599-1600 К. П. Брюллов — «Последний день Помпеи» — 1833
Художник использует переходный оранжевый оттенок. Вероятно, этот выбор не случаен: смешанная палитра может служить намеком на неоднозначность прогресса. Сознательно ли Петцольт смягчил символику, предвосхищая будущие споры о цене индустриализации, или же оранжевый цвет является результатом живописного поиска эффектного освещения? Вопрос остаётся открытым
Таким образом, обе картины репрезентируют парадный взгляд на железную дорогу как на техническое чудо и повод для национальной гордости. Однако если у первого художника господствует безмятежная радость, то второй вносит в образ закатную тревогу, что служит переходом к следующему разделу
II. Дорога в никуда
В этом разделе рассматриваются произведения, фиксирующие тревогу, тяжесть и социальную несправедливость, связанные с железной дорогой. Работы В.В. Пукирева (1871), К.А. Савицкого (1874) и И.И.Левитана (1898–1899) показывают изнанку технического прогресса — ту сторону, которую не изображали художники из «Парадного взгляда»
В. В. Пукирев — «Строительство железной дороги» — 1871
В этом произведении В.В.Пукирев выбирает панорамный ракурс: две трети холста занимает небо.Такое решение допускает несколько трактовок: I. Вдалеке на линии горизонта сгущаются дождевые тучи — классический символ надвигающейся беды. Автор фиксирует не саму бурю, а затишье перед ней II. Обыгрывается переносный смысл слова «безоблачный» – чистый, ничем не омраченный. На картине же погода облачная: метафорически железная дорога оказывается «омрачена» эксплуатацией крестьянского труда III. Небо может ассоциироваться с государственной властью. В Российской империи статья 1 Свода основных законов утверждала божественное происхождение власти императора [3]. Огромное, давящее небо символизирует «великие реформы», задуманные наверху, а внизу копошатся маленькие фигурки крестьян — винтики в машине индустриализации
Каждая из предложенных трактовок по-своему убедительна, однако их объединяет общий вывод: железная дорога не означает лучшей жизни для крестьян
Фрагменты из картины «Строительство железной дороги»
Художник, выбрав панорамный ракурс, отказывается от портретной конкретики. Это сделано сознательно, чтобы обобщить положение целого сословия. Акцент сделан на позах людей: согнутые спины и напряженные руки передают весь трагизм их доли. Цветовая палитра, в отличие от теплых тонов Беггрова и закатных оттенков Петцольта, тяжелая и мрачноватая: серо-зелёные и свинцовые расцветки. Эта гамма не создаёт ощущения гордости, а «приземляет» сюжет, поднимая социальную проблему
К. А. Савицкий — «Ремонтные работы на железной дороге» — 1874
Но если Пукирев использует землистую палитру, то Савицкий усиливает этот приём: в его «Ремонтных работах на железной дороге» цветовое решение становится не просто тяжелым, а буквально пыльным и грязным. Преобладают серые, выцветшие, приглушённые оттенки, и создаётся впечатление, что весь воздух пропитан взвесью песка и копоти. Зритель физически ощущает эту пыль, которая поднимается от работ и оседает на одежде, лицах и инструментах
