Создание кукольного мира «Барби»

Ни один фильм не обходится без дизайна: костюмов, декораций, существ (если это фэнтези), персонажей. Поэтому в кинокоманде есть три главных человека, определяющие внешний вид всей картины: режиссер, оператор-постановщик и художник-постановщик, под руководством которого работает и художник по костюмам. Любой фильм – это особый мир, где живут вымышленные персонажи. Этот мир всегда искусственный, даже если он абсолютно похож на реальный. У каждого фильма своя цветовая палитра, которую нужно выдержать. В рамках палитры создаются декорации и костюмы – даже для массовки! Другое дело, что для массовки костюмы часто подбираются со склада кинокостюма, ведь массовка всего лишь создает антураж, и ее никто не будет внимательно разглядывать.

Что касается декораций, то использовать какую-то локацию без доработки удается крайне редко. В фильмах про современность мы этого почти не замечаем (но поверьте, если в фильме совсем не будет работы художника-постановщика, вы это заметите!). Но есть картины, в которых работа с декорациями видна, что называется, невооруженным взглядом, потому что для ленты создается совершено свой уникальный мир, где абсолютно все не такое, как в реальности. И «Барби» – именно такой пример. Розовый пластиковый мир популярной куклы пришлось в буквальном смысле возводить с нуля в павильоне киностудии.

Как создавали мир пластмассовых игрушек в человеческую величину? Эта задача легла на плечи художника-постановщика Сары Гринвуд, известной своей регулярной коллаборацией с Джо Райтом («Сирано», «Темные времена», «Искупление», «Анна Каренина», «Гордость и предубеждение», «Ханна»), а также работой на таких проектах, как «Красавица и чудовище» (Disney) и дилогия Гая Ричи «Шерлок Холмс». В самом начале проекта режиссер Грета Гервиг поставила перед ней весьма нетривиальную задачу: нужно, чтобы это был идеальный пластмассовый мир, безумный в своей красоте, но при этом он должен казаться простым.

Нужно было ответить на неожиданные вопросы, например: откуда идет свет, если в этом мире нет теней? Какие свойства объектов окружающего мира визуально сделают из взрослых людей кукол? Референсами для создания декораций были мюзиклы 50-х годов, снятые в павильонах киностудий, в особенности фильмы Эрнста Любича. Режиссер хотела видеть пластмассовый мир тактильным и реальным. Это был по-настоящему сюрреалистичный мир: дом Барби был построен с учетом всех элементов игрушечной среды, учтены масштаб и пропорции, отсутствие стен и скрытых от глаз пространств, туалетов, а также лестниц. В исследовании дизайнов участвовали также декоратор Кэти Спенсер и визуальный исследователь Фил Кларк. Концепт-иллюстратор Ева Кунц реализовала все идеи безумной архитектуры Барби-города.

Созданный в студийном павильоне мир включал 2D и 3D элементы. Небо этой декорации – это писаный задник размером 238 на 15 метров. Он опоясывал весь павильон. Перед задником стояли вырезанные из картона горы. Чем ближе к центру «города», тем объемнее становились объекты среды.

Солнца здесь тоже нет, но есть волшебный предзакатный свет. Волшебный идеальный свет заливает весь этот сюрреалистичный пластмассовый мир, круглосуточно, нарушая все законы физики и логики. Весь мир выглядит ненастоящим, но именно этого и добивались его создатели. Референсом для дизайна архитектуры города был городок Палм Спрингс середины прошлого века. Особенно – особняк в пустыне, модернистский дом Ричарда Нойтра (к слову, ставший локацией для фильма «Не беспокойся, дорогая»). Копировать существующие домики Барби от компании Mattel кинематографисты не хотели.

Для изучения особенностей масштаба кинематографисты купили домики для Барби и поиграли ими: потолки, водяные горки, барбимобиль. Оказалось, что объекты Барби-мира немного меньше относительно кукол, чем такие же объекты в реальном мире относительно людей. Поэтому все декорации были уменьшены на 23%. Также художники изучили палитру Барби-мира – все 50 оттенков розового! Но кинематографисты категорически не хотели копировать розовый цвет компании Mattel. «Мы не копировали Mattel ни в чем, – говорит художник-постановщик. – Скорее, мы делали омаж этой компании за все время ее существования. Вместо копий мы делали аллюзии на их дизайн, видоизменяли идеи, чтобы они подходили нашей истории».

Декорация была построена в павильоне с эффектом усиленной перспективы, потому что все в реальном размере в павильон не поместилось. Художники отмечают, что с трудом сдерживались, чтобы не отфактурить всю декорацию, то есть, не создать на ней грязь и эффект «использованности», ведь обычно при создании декорации для кино именно это делается в обязательном порядке для придания новой декорации реалистичности. Но здесь была противоположная задача: все объекты мира должны быть новенькими и идеальными.

В доме низкие потолки (кукла Барби легко задевает рукой потолок в своем игрушечном доме), нет лестниц, стен, туалета, зато есть душ (без воды) и водяная горка с потолка до земли. Построить такие дома непросто: вся структура похожа на скелет и держится только на вертикальных колоннах. Реализовать это в реальном мире в натуральную величину довольно сложно. Да и снимать на верхних этажах опасно, людей приходилось страховать тросами. Декорация была построена в павильонах лондонского отделения студии Warner Bros., и вся съемочная группа обожала этот игрушечный мир: приходить туда и получать «цветовые ванны» было полезно для поднятия настроения, после съемки выходить на улицу в мрачную дождливую лондонскую осень было некомфортно.

Сцены проездов между различными пунктами Барби-мира вызвали бурное обсуждение. В противовес фантастическому кино и скоростным перемещениям Грета хотела снимать все на площадке в виде театральных трюков. Когда герои оказываются в реальном мире, нужен был переход, как в фильме «Волшебник из Оз», где реальный мир черно-белый и в другом формате, а мир Оз – широкоформатный и цветной. Здесь же персонажи переходят из Барби-мира в реальный с таким же эффектом: сначала все цветное и блестящее, а потом – относительно монохромное.

Референсами сцен перемещения были музейные диорамы: вырезанные из фанеры объекты двигали с помощью механических моторов и травелаторов. Фактически это было театральное представление перед камерой: объекты двигались, дребезжали и скользили мимо актеров. С помощью такой же механики из застывшей воды выпрыгивали дельфины, мимо камеры проезжали цветочки, горы на заднем плане двигались вдоль фанерного автомобиля.

Когда Кен возвращается из реального мира, он решает построить свой мужской Кен-мир, превращая домик Барби в дом Кена. Здесь появляются цветовые контрасты (впервые в мире Барби появляется черный цвет), искусственный мех, лошади на 22 экранах, барбекю, кольцо для баскетбола, мини-холодильники, обитые кожей кресла и диваны и огромный Hammer CrabWalk у порога. Это меняет всю розовую эстетику мира Барби. Дом Кена должен быть визуально узнаваемым, наполненным «мужскими клише» (здесь появляются даже двери салуна из вестернов), чтобы зрители прочувствовали, что происходит в его голове, и его понимание правил реального мира.

Один домик в розовом мире стоит в отдалении и изоляции – это домик странной Барби. Его в основном избегают. Этот дом на холме своими ломанными линиями напоминает кривые интерьеры «Кабинета доктора Калигари», а референсом для него послужил дом из фильма Альфреда Хичкока «Психо».

«Это как запихать в блендер творения Такаши Мураками, Джеффа Кунса и Гауди», – озвучила референс Грета Гервиг. Домик странной Барби «вырос» из обычного домика мечты компанииMattel, поэтому там такие же пропорции и цвета. Но это самое скрытое от глаз окружающих пространство.