Концепция
В советской фотографии 1920-х и 1930-х годах существовало несколько «неофициальных взглядов» на формировавшуюся реальность и события, а также то, как и что следует запечатлевать объективом. Исследование направлено на анализ двух альтернативных позиций от двух фотографов одного времени.
Два главных фигурирующих фотографа в данной работе — Борис Всеволодович Игнатович и Моисей Соломонович Наппельбаум. У обоих были совершенно разные подходы и цели, но объединяло их сопротивление салонному, бездушному, коммерческому официозу в фотографии. Борис Игнатович нашел в фотографии способ отразить структуру новой эпохи посредством динамики, формы, кадрирования и ракурсов. Наппельбаум же наоборот — противостоял салонным канонам, создавая портреты, которые были не просто отпечатком внешности человека, а глубинным психологическим исследованием. Оба фотографа таким образом отстаивали свои позиции перед нарастающей тенденцией «официоза», давая свободу творчеству.
Борис Игнатович нашел свой подход в форме, динамике, крупных планах, ритме, необычных и смелых ракурсах. Его новаторство заключалось в развитии такого жанра, как фоторепортаж. Он превратил сухую визуальную констатацию событий объективом в мощное визуальное средство повествования. В основном он исследовал общую картину, в его работах не часто можно встретить анализ какого-то конкретного героя, его интересовало формирование новых социальных типов личностей, такие как: красноармеец, рабочий, спортсмен, пионер, комсомолец и т. д. «Неофициальность» его взгляда, работ заключалась в личной интерпретации преобразований в стране и социуме. Он не документировал реальность, а моделировал сквозь призму своего видения.
Моисей Наппельбаум работал совершенно другим образом. Если Борис Игнатович в своих фотографиях исследовал внешние преобразования структуры общества, государства, мира, то Моисей Соломонович активно занимался познанием человеческой личности. В книге, написанной им же, он подробно описывает свой путь как фотографа, в ходе которого не без усилий, все тем же методом проб и ошибок, поисков своей ниши, обнаруживает свое призвание в «портретах-психологизмах» в реализме. Свою главную задачу он видел в том, чтобы обнажить душу своего героя и передать в портрете максимальную откровенность и естественность человека без масок и социальных статусов. В этом и заключалась «неофициальность» его взгляда, пока в стране постепенно устанавливался тотальный коллективизм, посредством фотографии он старался увидеть в каждом «личное». Наппельбаум ценил в людях прежде всего их удивительную уникальность.
Рубрикатор
- Внешний взгляд Бориса Игнатовича. Деформация реальности ради ее постижения.
- Внутренний взгляд Моисея Наппельбаума. Психологизм против типизации.
- Сопоставление. Объектив против личности.
- Вывод.
- Материалы.
1. Внешний взгляд Бориса Игнатовича. Деформация реальности ради ее постижения.
«Он не любил половинчатости, халтуры в работе. Что бы то ни было — все должно быть сделано идеально. В жизни очень легкий, веселый, относившийся ко всему с юмором, в работе он становился предельно жестким. Свои пленки Игнатович проявлял сам. Печатал тоже сам, объясняя это так: „А откуда лаборант может знать, как я видел этот кадр?“».
— из воспоминаний жены Клавдии Игнатович
В начале творческого пути Бориса Игнатовича можно заметить его вдохновленность и увлечение работами Родченко. Его также привлекали необычные ракурсы, формы, диагональная композиция. Но нельзя сказать, что фотографии Бориса Игнатовича были бездумным подражанием Александру Родченко. Каждое его [Бориса Игнатовича] фотографическое решение было осознанным, и, безусловно, справлялось с главной задачей — передать задумку автора и его видение.
Первое Мая, 1927 / Этажи, 1928
Даже на первых фотографиях, открывающих иллюстративный ряд, отлично видно, как Борис Игнатович любит играть с ракурсом и формой. Это совсем не похоже на туристическую документацию достопримечательностей столицы. У фотографии есть сюжет, своя жизнь. Так, мы смотрим на Москву, архитектуру глазами Бориса Игнатовича с его примененными «фильтрами искажения».
На коммунальной кухне, 1927
Если взять, к примеру, «На коммунальной кухне», то тут наблюдаем процесс готовки — суетливый, со множеством бегающих рук (но лиц героев мы не видим), посуды, со скомканной композицией, динамичный, взгляд автора сверху.
Все на выборы, 1928 / Заседание правления коммуны, 1928
Барабаны, 1929 / Музыкальная олимпиада, 1928
Красный обоз, 1929 / Колёса жаток, 1929
У станка, 1929 / Завод, 1929
Диагональные ракурсы с наклоном, движение, массы людей, скорость и динамика. За счет всех этих приемов ему удается спроецировать свой взгляд на реальность, в которой отражается вся коллективная мощь, а отдельные личности смазываются в единицы общих процессов.
Герасимов — прогульщик и пьяница, 1929
«Агитстенд цеха большой сборки Электрозавода. Производил восьмую часть продукции всей электропромышленности страны. Москва.»
Мебель в кредит, 1929 / Мотоциклы Ижевского завода, 1929
Кремлёвские куранты, 1929 / Аэростат, 1930
Мастерство фотографа проявлялось также в изображении различных объектов. В его работе «Кремлевские куранты» подобран ракурс с резкой диагональю, где ми видим лишь искаженный таким образом циферблат, в то время как всю остальную часть Спасской башни он совсем отсекает, заставляя зрителя ощутить «эффект вращения» и познать безудержный, независимый ход времени.
Контроллеры, 1930 / Регулировка контроллера, 1930
В цехе прожекторного завода, 1930
Асфальтирование улицы, 1931 / Бригада, 1931
Иллюминация, 1932 VII конференция ВЛКСМ. Колонный зал Дома Союзов. Москва / В зале VII конференции ВЛКСМ, 1932
Колхозная ярмарка в Тбилиси, 1932
Грузия
Доставка цветов, 1934 / Набережная Москва-реки, 1934
Духовой оркестр., 1935
В парке культуры и отдыха имени М. Горького, 1935
Шахматный турнир, 1935
Революционный подход в форме и движении проявляется даже в таких, как могло показаться, неизменно статичных сценах, как выше представленная — «Шахматный турнир». Тем не менее, как раз таки из-за ракурса сверху, сплоченности героев, создается плотная композиция с игральной доской в середине. Головы и шапки всех причастных как бы «имитируют» тот же паттерн и создается двойной эффект игры, динамики и увеличивает напряжение в фотографии. В этой интеллектуальной битве каждый человек предстает как элемент общей структуры, команды.
Борис Игнатович, используя в своих работах новаторский подход с игрой формы, света и ракурса, стремился передать дух советской эпохи, коллективного сознания. Будь то изображение рабочего на заводе, атлета в парке или шахматного турнира, во всем он находил свое видение, в котором человек был основной движущей силой нового общества.
2. Внутренний взгляд Моисея Наппельбаума. Психологизм против типизации.
«Лишенный возможности заниматься световыми эффектами, ограниченный одним скупым рисунком, я поневоле устремился к простым формам и к выявлению главного — внутреннего содержания человека, к психологической углубленности портрета».
— из книги «От ремесла к искусству»
Пожалуй, главной особенностью всего творчества Наппельбаума является минимальное использование световых эффектов. Фотограф использовал лишь одну лампу, и делал он это намеренно, так как главным источником освещения для него был свет внутри человека. Подобным приемом он старался продемонстрировать зрителю всю глубину и уникальность внутреннего мира каждого из своих героев.
Дочь Ида, 1921 / Автопортрет с сыном Львом, 1930-е / Автопортрет, 1922
Максимилиан Волошин, 1920-е / Осип Мандельштам, 1920-е
Александр Блок, 1921 / Александр Блок, 1921 / Александр Блок и Корней Чуковский, 1921
Анна Ахматова, 1920 / Анна Ахматова, 1924
Сергей Есенин, 1910-е. / 1919 / 1924
Одна из ярчайших работ Наппельбаума — портреты Есенина. Для фотографа, который горел изучением внутреннего мира и сущности человека, Есенин был сокровищем, так как не понаслышке являлся поистине неординарной и яркой личностью. В портретах поэта Моисею Соломоновичу удалось передать как холодность, серьезность и отстраненность внешнего облика, так и очень тонкую организацию души Сергея Александровича.
Николай Асеев, 1921 / Михаил Зощенко, 1924
В. И. Ленин, 1922
Портрет Владимира Ильича Ленина — одна из знаковых работ фотографа. Несмотря на всю серьезность фигуры, задачи, поставленной перед Моисеем Соломоновичем, ему удалось запечатлеть «живого и настоящего» человека. Контурный, местами резкий свет на фотографии подчеркивает следы задумчивости и усталости на лице Владимира Ильича от тяжелого груза ответственности. Наппельбаум демонстрирует нам свой прямой и честный взгляд на человека, без заготовленного освещения, специальной «красивой и безупречной» позы или ракурса.
Пётр Коган, 1925 / В. В. Воровский, 1925
Фаина Раневская, 1928 / А. С. Серафимович, 1928
Маршал Климент Ворошилов, 1928 / Политик-революционер Моисей Урицкий / Революционер Яков Свердлов, 1918 год / Революционер-военноначальник Михаил Фрунзе
И. С. Бериташвили, академик, 1930-е / Скульптор Сарра Дмитриевна Лебедева, 1930-е
Портреты Иосифа Виссарионовича Сталина, 1931
Свет, тень и честность — вот его язык общения с аудиторией. Таким образом, в своих работах ему удавалось подчеркнуть фактурность лица, морщины от усталости, рельефы кожи, блеск в глазах, характер и настроение модели. Минимализм в фотографиях Наппельбаума позволяет проникнуть в самые глубинные уголки души героя, тем самым утверждая ценность уникальности каждой личности.
3. Сопоставление. Объектив против личности.
Портрет писателя Михаила Зощенко, 1923; Фото: Борис Игнатович / Михаил Зощенко, 1924; Фото: М. С. Наппельбаум
Для наглядности представлены два портрета Михаила Зощенко. Первый был снят Борисом Игнатовичем, вторая работа принадлежит М. С. Наппельбауму. На фотографиях герой выглядит совершенно по-разному, так как у авторов были разные задачи и идеи. У Бориса Игнатовича Зощенко представлен в более широком формате, мы видим окружение позади него, его позу, одежду, т. е. акцентом здесь фотограф делает на общем облике модели, композиции кадра. Наппельбаум в своей привычной манере отсекает все лишнее, оставляя зрителя с очень глубоким, выразительным, немного уставшим взглядом писателя, который подчеркивается резким светом, но весьма спокойным, умиротворенным выражением лица, можно увидеть даже едва заметную улыбку.
Казачка, 1936 / Первый трактор, 1926 Фото: Борис Игнатович
В. Э. Мейерхольд, 1932 / Н. Жуковский, 1919 Фото: М. С. Наппельбаум
И. В. Сталин, 1930-е; Фото: И. С. Наппельбаум / И. В. Сталин с Мамлакат Наханговой, 1935; Фото: Борис Игнатович
В работе Наппельбаума И. В. Сталин предстает перед аудиторией внимательным, сосредоточенным, слегка отстраненным, с сильным внутренним стержнем. Реалистичный подход в работе фотографа позволяет увидеть его [И. В. Сталина] целеустремленность, интеллектуальную мощь и твердость характера. Взгляд гос. деятеля задумчивый, направлен куда-то вдаль. Создается ощущение, что напротив него вовсе и не стоит Наппельбаум с камерой, будто в комнате никого больше и нет. На портрете Бориса Игнатовича в первую очередь выделяется динамика композиции, мгновенность снимка. В отличие от работы Наппельбаума здесь важна и поза, и окружение, выражение лица и диагональный ракурс, характерный для творчества Игнатовича.
Борис Пастернак и Корней Чуковский, 1935 / Молодость, 1937 Фото: Борис Игнатович
Михаил Александрович Шолохов. Погрудный портрет, 1930-е; Фото: М. С. Наппельбаум / Портрет писателя Михаила Шолохова, 1941; Фото: Борис Игнатович
На портрете Наппельбаума свет обволакивает лицо Шолохова и оттачивает его выразительные черты, создавая при этом мягкие тени. Взгляд Шолохова направлен прямо в объектив, и не случайно — таким образом создается диалог со зрителем. С помощью такого акцента Наппельбаум старается передать всю психологическую глубину портрета писателя.
Портрет Шолохова, который снят Борисом Игнатовичем кардинально отличается. Более сложная световая схема, выявляющая фактуру одежды, объем и текстуру. Сам писатель стоит в пол оборота, а взгляд направлен куда-то в сторону. Борис Игнатович тут фокусировался на общей композиции, силуэте и внешней форме, а также на внешней силе, уверенности и масштабе личности.
Эдуард Багрицкий, 1932 / Юрий Николаевич Тынянов 1930-е Фото: М. С. Наппельбаум
Климент Ворошилов, 1928; Фото: М. С. Наппельбаум / Старый казак, 1936; Фото: Борис Игнатович
Наследие, оставленное Наппельбаумом и Борисом Игнатовичем, актуально и на сегодняшний день, так как их работы служат примером не только различных принципов и техник, но и выражают идею о том, что фотография — это в первую очередь искусство, требующее отражение творчества, личности и индивидуальности. Даже в условиях с преобладающими гос. заказами и идеологическими давлениями, особенно в сфере искусств, возможно привносить свой вклад в мир и отстаивать свободу творчества, стремиться к правде. Их работы стали символом «неофициального» голоса в фотографии и показали, что это не просто «ремесло», а идейное искусство.
Валран, В. Н. Советская фотография. 1917-1955. — СПБ.: Лимбус Пресс, 2016. — 264 с.
Дроздова-Пичурина Н. Н. Методология изучения художественных парадигм советского фотоискусства 1920–1930-х годов // Известия РГПУ им. А. И. Герцена. — 2013. — № 162. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/metodologiya-izucheniya-hudozhestvennyh-paradigm-sovetskogo-fotoiskusstva-1920-1930-h-godov (дата обращения: 23.11.2025).
Наппельбаум М. С. От ремесла к искусству. — М.: Искусство, 1958. — 176 с.
Boris Ignatovich. The official website of the Boris Ignatovich Foundation [Электронный ресурс]. — URL: http://gallery.borisignatovich.com/ (дата обращения: 25.11.2025).
Борис Игнатович. Галерея классической фотографии [Электронный ресурс]. — URL: https://csdfmuseum.ru/names/303-%D0%B1%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%81-%D0%B8%D0%B3%D0%BD%D0%B0%D1%82%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87 (дата обращения: 22.11.2025).
Борис Игнатович. Мультимедиа Арт Музей, Москва [Электронный ресурс]. — URL: https://mamm.ru/exhibitions/boris-ignatovich/ (дата обращения: 24.11.2025).
Борис Игнатович. Мастер выразительного ракурса [Электронный ресурс] // Фотогора. — URL: https://fotogora.ru/boris-ignatovich-master-vyrazitelnogo-rakursa/ (дата обращения: 26.11.2025).
Борис Игнатович. Московский ФотоБанк [Электронный ресурс]. — URL: https://mrf.museumart.ru/collection/boris-ignatovich (дата обращения: 23.11.2025).
Борис Игнатович. Россия в фотографиях [Электронный ресурс]. — URL: https://russiainphoto.ru/exhibitions/1121/#1 (дата обращения: 25.11.2025).
Игнатович, Борис. Фотографии из журналов 1930-1940-х [Электронный ресурс] // Живой Журнал (Humus). — URL: https://humus.livejournal.com/6308569.html (дата обращения: 22.11.2025).
Моисей Наппельбаум. Советская фотография [Электронный ресурс]. — URL: https://sovietfoto.ru/nappelbaum (дата обращения: 24.11.2025).
Наппельбаум, Моисей. Фотопортреты [Электронный ресурс] // Живой Журнал (Picturehistory). — URL: https://picturehistory.livejournal.com/2048736.html (дата обращения: 26.11.2025).
СССР 30-х и 40-х в знаковых работах Бориса Игнатовича [Электронный ресурс] // BigPicture. — URL: https://bigpicture.ru/sssr-30-x-i-40-x-v-znakovyx-rabotax-borisa-ignatovicha/ (дата обращения: 22.11.2025).
Феномен советской фотографии 20-30-х годов XX века // Сборник статей по материалам XV международной научно-практической конференции «Научный форум: филология, искусствоведение и культурология». — Москва: Изд. «Интернаука», 2022. — URL: https://sibac.info/sites/default/files/archive/2012/filologiya_16.04.2012_chast_ii.pdf#page=50 (дата обращения: 23.11.2025).
Boris Ignatovich. The official website of the Boris Ignatovich Foundation [Электронный ресурс]. — URL: http://gallery.borisignatovich.com/ (дата обращения: 25.11.2025).
Игнатович, Борис. Фотографии из журналов 1930-1940-х [Электронный ресурс] // Живой Журнал (Humus). — URL: https://humus.livejournal.com/6308569.html (дата обращения: 26.11.2025).
Наппельбаум, Моисей. Советская фотография [Электронный ресурс]. — URL: https://sovietfoto.ru/nappelbaum (дата обращения: 24.11.2025).
