Концепция
«Смешная глупость мне, наверное, все-таки нравится больше, чем юмор умный и чересчур тонкий» (Марк Захаров, 2000)
В исследовании я хочу рассмотреть четыре фильма Марка Захарова с точки зрения визуального аттракциона (а местами и не только визуального). Но как же именно? Сказать, что работы этого режиссера заточены исключительно для того, чтобы вызвать у зрителей бурную реакцию нельзя. В фильмах есть сюжет, и он очень важный, есть посыл, скрытые смыслы, без которых ничего бы не имело значение.
«Убить дракона», 1988, реж. Марк Захаров
Обратимся к тексту Сергея Эйзенштейна: «Аттракцион (в разрезе театра) –– всякий агрессивный момент театра, то есть всякий элемент его, подвергающий зрителя чувственному или психологическому воздействию, опытно выверенному и математически рассчитанному на определенные эмоциональные потрясения воспринимающего, в свою очередь в совокупности единственно обусловливающие возможность восприятия идейной стороны демонстрируемого –– конечного идеологического вывода.» (Эйзенштейн, 1923) Таким образом получается, что аттракцион нужен не столько для сюжета, сколько для зрелищности, для произведения впечатления на зрителя. Но в таком случае хочется спросить: а аттракцион может быть только визуальным? Я бы сказала, что нет. Он может быть и в эффектах, и в декорациях, костюмах, но также и музыке, в диалогах, даже в мимических изменениях персонажей. Это все влияет на сюжет, на героев, но эффектность сохраняется. Все детали, за которые цепляется зритель помогают больше понять самих героев.
«Обыкновенное чудо», 1978, реж. Марк Захаров
Захаров будто относился к своим фильмам в целом как к аттракциону. Словно мелкие бытовые детали, которые перебиваются странными, а порой абсурдными диалогами и являются основным интересом режиссера. Ему важно заинтересовать зрителя то королем, который доедает каждую крошку со стола, то невероятными песнями и танцами. Без таких тонкостей, на мой взгляд, было бы не столь глубокое знакомство с персонажами. Все они из-за этого становятся очеловеченными. Аттракционом здесь может быть и простое снятие парика с героя, или выплёскивание вина из бокала, но также и взрывы, погоня, танцы, не влияющие на сюжет, появление странных персонажей. Даже декорации. Зачастую они не сильно отличаются от театральных, а периодически есть ощущение, что ими и являются. В них присутствует сценичность, именно театральная, иногда даже картонная. Будто режиссер хочет проверить, а поверят ли зрители в происходящее? Но в этой «игрушечности», иногда нелепости и заключается жизнь, правдоподобие, объем и глубина. Зритель верит каждому слову, звуку, эмоции, верит в дракона, и в дом волшебника, во все что ему показывает и рассказывает режиссер.
«Обыкновенное чудо», 1978
«Обыкновенное чудо», 1978, реж. Марк Захаров
Для начала я возьму фильм «Обыкновенное чудо», снятый по одноименной пьесе Евгения Шварца.
В первых же кадрах зрителям представляется довольно безумная картина. Обезглавленные статуи, у которых из шеи рассыпаются искры, густой дым, пианино в горах, конь рядом с инструментом. И волшебник, который пишет сказку. Через наблюдение за ним, зритель знакомится с домом волшебника, который выглядит как театральная декорация. Это аттракцион. Зритель не понимает что происходит, в этом фрагменте нет сюжета. Но оторвать взгляд от происходящего невозможно. Стеклянный шар, корабль, подвешенный к потолку, дым, который идет неизвестно откуда. И все это под музыку.
«Обыкновенное чудо», 1978, реж. Марк Захаров
«Обыкновенное чудо», 1978, реж. Марк Захаров
В фильме выбираются очень неожиданные кадры. Например, появление свиты короля и принцессы, которое показано через стеклянный шар.
Видение волшебника –– прекрасная находка. Он показывает знакомство Медведя с принцессой. Так зритель знакомится с принцессой. Но этот эпизод не влияет на сюжет, мы опять же изучаем пространство, в котором разворачивается история.
«Обыкновенное чудо», 1978, реж. Марк Захаров
«Мне нравится, чем занимаются музыканты, — подтолкнуть мышление людей в определенном направлении, пробудить одни импульсы, подарить другие импульсы. И создать на какое-то время общую атмосферу, которую зрители любят и ради которой они и идут в театр, на концерт. Для того чтобы вместе удивляться созданной на глазах новой правде. Правда бывает всякая, она бывает с большими преувеличениями, допусками, фантазиями и так далее» (Марк Захаров, 2011 г)
«Обыкновенное чудо», 1978, реж. Марк Захаров
Схожие видения будто показывают развитие чувств главных героев. Зритель видит только персонажей в разных локациях, часто даже не взаимодействующих. Но музыка дает понять, что речь здесь не о сюжете, не о том что было и будет, а о узнавании героев, об их развитии.
Одним из наиболее понятных и знакомых зрителю визуальных аттракционов является сцена с разливанием молока. От нее становится некомфортно самому смотрящему.
«Обыкновенное чудо», 1978, реж. Марк Захаров
Аттракционом, как мне кажется, является персонаж Евгения Леонова, король. Его появление совершенно театральное, простое. И говорит он абсолютно искренне. С одной стороны он король, у которого был свой замок, а с другой он с радостью ест суп, и все крошки от хлеба тоже сметает со стола и съедает. Он корону вешает на гвоздь, и совершенно спокойно говорит о том, что он тиран. Король может запросто вылить на своего подданного чайник с кофе. Или первая фрейлина в прекрасном наряде, которая поет про мыло. И проблемы у них такие простые, настоящие, обыденные.
«Сегодня я буду кутить. Весело, добродушно, со всякими безобидными выходками. Приготовьте посуду, тарелки, я буду все это бить. Уберите хлеб из овина. Я подожгу овин» («Обыкновенное чудо»)
«Обыкновенное чудо», 1978, реж. Марк Захаров
«Обыкновенное чудо», 1978, реж. Марк Захаров
Этот же эффект несоответствия статуса с поведением и внешним видом, на зрителя производит первый министр. Конечно, в нем есть очень много от Чарли Чаплина. У него порвана вся одежда, он ходит с маленьким узелком и очаровательно стесняется. И это, на мой взгляд тоже аттракцион.
Яркие эмоции взывает сцена с горящими бумагами волшебника. Опять же, яркая, мощная, но не необходимая для понимания сюжета. И вообще никак не меняющая его. Здесь опять же речь про метафору, про переломный момент в сказке, от которой сама бумага полыхает.
«Обыкновенное чудо», 1978, реж. Марк Захаров
«Обыкновенное чудо», 1978, реж. Марк Захаров
Картина с драконом всю жизнь для меня загадкой. На протяжении всего фильма мы видим ее то полотном, то только рамой, то зеркалом. Это одна из тех деталей, которые привлекают зрителя, но не дают ответов ни на один вопрос. Оно так, а почему неизвестно. Так захотел автор.
Зритель прощается с героями и актерами практически как в театре: вот они все в кадре, смотрят на тебя и уходят из поля зрения.
Очень эффектные кадры финала, где декорации фильма горят за спиной у сказочника. Сказка рассказана, но нужно поставить точку. И Захаров снимает крайне эффектный уход, конец этой истории.
«Обыкновенное чудо», 1978, реж. Марк Захаров
«Обыкновенное чудо», 1978, реж. Марк Захаров
«Тот самый Мюнхгаузен», 1979
«Тот самый Мюнхгаузен», 1979, реж. Марк Захаров
Первое, о чем я скажу, это, конечно спорный аттракцион, но тем не менее это он. Появление оленя с вишневым деревом на голове. Это часть сюжета, важная, но помимо того, что он производит впечатление на героев, но и на зрителя это действует точно тем же образом.
Все разговоры в фильме своего рода аттракцион, где сочетаются серьезные реплики с совершенным абсурдом.
«Тот самый Мюнхгаузен», 1979, реж. Марк Захаров
«Тот самый Мюнхгаузен», 1979, реж. Марк Захаров
И все что происходит дома у барона, время, способ попадания в дом, приготовление еды, все что связано с бароном немного безумно. Конечно, это специфика самого барона Мюнхгаузена, литературного. Но сказать, что только из-за этого происходящее в фильме нельзя назвать аттракционом нельзя. Этот абсурд можно сказать здесь основополагающий. И тем не менее абсурд присутствует во всех персонажах. В герцоге, который шьет платья и у которого конь в соседней комнате, в баронессе, в друзьях барона.
«Аттракцион в формальном плане я устанавливаю как самостоятельный и первичный элемент конструкции спектакля –– молекулярную (то есть составную) единицу действенности театра и театра вообще» (Эйзенштейн, 1923)
«Тот самый Мюнхгаузен», 1979, реж. Марк Захаров
«Тот самый Мюнхгаузен», 1979, реж. Марк Захаров
«Смешная глупость мне, наверное, все-таки нравится больше, чем юмор умный и чересчур тонкий. Конечно, делаю вид, что тянусь к формам изысканным, на самом деле любимое место у Горина в „Том самом Мюнхгаузене“, когда неожиданно и не вовремя в городе звучит музыка, герцог недоумевает и спрашивает у главнокомандующего, откуда оркестр.
— Ваше величество, — объясняет главнокомандующий, — сначала намечались торжества, потом аресты… Потом решили совместить» (Марк Захаров, 2000)
«Тот самый Мюнхгаузен», 1979, реж. Марк Захаров
Мне сложно описывать аттракционы в этом фильме, ведь каждую сцену тут своего рода аттракцион. И тем не менее я попробую описать почему именно в мою работу вошли конкретные кадры. Яркий пример –– выливание жидкости, например на стекло. Этот прием у Захарова появляется в очень многих фильмах («Обыкновенное чудо», «Тот самый Мюнхгаузен», «Формула любви», «Убить дракона») Причем в этом фильме таких моментов несколько. В самом начале, где Марта проливает на себя вино, а потом и Карл обливается им, ближе к концу первой серии, когда Мюнхгаузен соглашается соврать ради свой любимой.
«Тот самый Мюнхгаузен», 1979, реж. Марк Захаров
Но он не становится пока совершенно другим героем после отречения от всего. Зонтик в здании тоже создает неизгладимое впечатление у зрителя.
И тем не менее, боль главного героя передана как в этой сцене, так и в продолжении. Момент с горящими книгами, безумным, отчаянным выражением глаз барона, и, конечно, музыкантами. Без этого зритель не столь глубоко смог бы понять персонажа, почувствовать его отчаяние от предательства всех близких.
«Тот самый Мюнхгаузен», 1979, реж. Марк Захаров
«Тот самый Мюнхгаузен», 1979, реж. Марк Захаров
Изменение Мюнхгаузена тоже влияет на зрителя. Из веселого, яркого, открытого, он становится обычным садовником по фамилии Мюллер. От этого человека исходит некая неприятная вибрация, от которой зритель чувствует себя не на своем месте, как от встречи со старым другом, чья жизнь не сложилась. Чувствуешь себя лишним, посторонним, хотя вроде как человека ты знаешь, и от этого тебе становится грустно.
«Тот самый Мюнхгаузен», 1979, реж. Марк Захаров
«Тот самый Мюнхгаузен», 1979, реж. Марк Захаров
И опять же аттракционом можно назвать дальнейшее изменение барона. Яркая сцена, с переворачиванием столов, разбитыми горшками и стеклами, и невероятным весельем. Все что происходит дальше уже свойственно этим персонажам, зритель к такому уже более или менее привык (если к такому вообще можно привыкнуть)
«Тот самый Мюнхгаузен», 1979, реж. Марк Захаров
Наиболее театральная сцена –– попытка полета на луну. А точнее признание господина Мюллера господином бароном. К главному герою подбегают радостные люди, а в следующем кадре все сидят за столом и ждут, когда он присоединится. Всего одна монтажная склейка, а на всех эффект получается потрясающий. Вроде в один момент все стоят, прыгают, смеются, а в другой уже тихо и элегантно сидят за столом, словно на картине.
Душераздирающий момент восхождения барона по лестнице. Вроде он просто забирается по бесконечной лестнице, но каждый раз при просмотре ровно в эту секунду внутри просыпается очень большой спектр эмоций.
«Тот самый Мюнхгаузен», 1979, реж. Марк Захаров
«Формула любви», 1984
«Формула любви», 1984, реж. Марк Захаров
С самых первых кадров зрелище захватывает тебя. Все кадры с удивительными персонажами-скоморохами не могут не заинтересовать зрителя. Они танцуют, кривляются, играют на музыкальных инструментах. Но не влияют не сюжет, даже скорее не являются его частью, они существуют отдельно от него. Но это яркие, безумные сцены, от которых невозможно оторваться. Эти персонажи появляются в совершенно разные моменты в фильме.
«Формула любви», 1984, реж. Марк Захаров
«Формула любви», 1984, реж. Марк Захаров
«Формула любви», 1984, реж. Марк Захаров
Аттракционом можно назвать эффекты графа Калиостро, вроде говорящей головы и шара, который предсказывает будущее, или огонь над волосами графа, да и в целом спиритический сеанс. Эта магия действует и на персонажей, так и тех, кто находится с другой стороны экрана. Точно такой же фокус, но не визуальный, работает и с акцентом Лоренца, которая моментально начинает говорить на языке без акцента.
«Формула любви», 1984, реж. Марк Захаров
«Формула любви», 1984, реж. Марк Захаров
«Неаполитанская песня» (больше известная как «Уно моменто») тоже не влияет на сам сюжет, но она стала удивительно известна. В ней присутствует с одной стороны совершенно дурацкая и запоминающаяся мелодия, а с другой Жакоб (Александр Абдулов) и Маргадон (Семён Фарада), которые поют ее с каменными лицами. При этом текст состоит из итальянских слов, но соединённых будто случайно.
«Формула любви», 1984, реж. Марк Захаров
«Формула любви», 1984, реж. Марк Захаров
Во время сеансов графа Джузеппе Калиостро используются спецэффекты, как дым и свет. Так вот, чаще всего используется красный свет, огонь, двигаются предметы, смена музыки на энергичную, яркую. Именно моменты с магией наиболее зрелищны.
«Формула любви», 1984, реж. Марк Захаров
«Формула любви», 1984, реж. Марк Захаров
Изменение Калиостро тоже производит сильный эффект на зрителя. Еще минуту назад он был бодрым, веселым и активным, но сейчас уже лежит в кровати с седыми волосами и готовится к аресту. Примерно то же происходит и когда Жакоб (Александр Абдулов) и Маргадон (Семён Фарада) бегут с сеновала, где остается Фимка (Александра Захарова). Жакоб буквально меняется на глазах когда снимает парик и говорит: «Я вернусь к тебе. Я обязательно вернусь к тебе. Только другим. Правда-правда. Вот те крест. Совсем другим» («Формула любви»). Реакции героини мы не видим, но у зрителей реакция скорее всего примерно такая же, как и у нее.
А также финальная сцена снята опять же, довольно театрально. Мы снова видим всех персонажей, которые присутствуют в фильме в кадре, которая становится картиной.
«Формула любви», 1984, реж. Марк Захаров
«Формула любви», 1984, реж. Марк Захаров
«Убить дракона», 1988
«Убить дракона», 1988, реж. Марк Захаров
Фильм снят по мотивам пьесы Евгения Шварца «Дракон», со сценарием Григория Горина. С первых же кадров зритель видит странствующего рыцаря, на которого летит дракон. Аттракционом тут можно назвать внешний вид дракона, да и все что с ним связано: его перевоплощения (у дракона 3 головы, последняя наиболее страшная), нападения на людей, даже манера разговора. Или тот факт, что после появления дракона в доме вбегают пожарные с шлангом, чтобы тушить его в случае чего. При этом сам дракон то выглядит как человек (Олег Янковский), то как самолет.
«Убить дракона», 1988, реж. Марк Захаров
«Убить дракона», 1988, реж. Марк Захаров
Люди повешенные за ноги не удивляют никого из героев. Единственные, кто остаются под впечатлением от происходящего –– зрители. Точно так же, как и от выступления Эльзы (Александра Захарова), и макета Дракона. Да и к речи Бургомистра все жители города уже привыкли. Эта зрелищность нацелена именно на зрителя. И работает безотказно.
«Болен всеми нервными и психическими заболеваниями, и ещё тремя, неизвестными до сих пор» («Убить дракона»)
«Убить дракона», 1988, реж. Марк Захаров
«Убить дракона», 1988, реж. Марк Захаров
«Убить дракона», 1988, реж. Марк Захаров
Смена лиц дракона –– это можно сказать целый перформанс. Каждое из них уникально, пугающе и запоминающееся. Нельзя не сказать, что это магия перевоплощения актера –– Олега Янковского. Один персонаж с тремя разными характерами, которых сложно сыграть, а ему это удается мастерски.
И сам персонаж уникальный, странный и спонтанный. Несмотря на то, что именно дракон установил правила, он запросто сам их нарушает, например съедая документ, который он сам и подписал.
«Убить дракона», 1988, реж. Марк Захаров
«Убить дракона», 1988, реж. Марк Захаров
Довольно классический прием для аттракционов тут тоже есть. В кадре показывается оружие, потом испуганный персонаж, и поворот. Здесь точно также. Мы видим лезвие в руках Ланцелота, испуганную служанку, но начинает бриться. После чего, удивительным образом у него меняется весь внешний облик, что тоже можно назвать небольшим эмоциональным потрясением.
«Убить дракона», 1988, реж. Марк Захаров
«Убить дракона», 1988, реж. Марк Захаров
Здесь снова есть момент с выливанием напитка на героя, которое в каждом фильме Захарова очень действует на зрителя.
Последние кадры влияют на зрителя примерно так же, как и на Ланцелот. Он в шоке, панике и безысходном положении.
«Убить дракона», 1988, реж. Марк Захаров
Заключение
«Настоящий подход коренным образом меняет возможности в принципах конструкции „воздействующего построения“ (спектакль в целом): вместо статического „отражения“ данного, по теме потребного события и возможности его разрешения единственно через воздействия, логически с таким событием сопряженные, выдвигается новый прием –– свободный монтаж произвольно выбранных, самостоятельных (также и вне данной композиции и сюжетной сценки действующих) воздействий (аттракционов), но с точной установкой на определенный конечный тематический эффект –– монтаж аттракционов» (Эйзенштейн, 1923)
В фильмах Марка Захарова очень много аттракционов. Как визуальных, так и аудиальных. Конечно, Эйзенштейн пишет больше про театр, но так как Захаров использует очень много именно театральных приемов в своем кино, то к его работам это тоже относится. Именно яркость, сказочность, уникальность его картин сделала их настолько известными и любимыми очень многими. По сути, практически каждый кадр можно рассматривать именно под таким углом, ведь в кинофильмах Марка Захарова важна каждая мельчайшая деталь, и ни один кадр нельзя заменить другим.
«Театр в моем представлении –– всегда поэтическая фантазия при самых смелых прозаических допусках и скрупулезных бытовых деталях. Но эти детали в моих намерениях –– всегда акции высокого поэтического тонуса. Это не означает обязательных романтических или пафосных интонаций, но вместе с тем спектакль для меня всегда сочинение. Я очень боюсь позиции, которую занимают наши средние (средние по качеству) кинематографисты. „Смотрите, –– как бы говорят они, –– вот оно, как в жизни!“ А к жизни показанное не имеет никакого отношения» (Марк Захаров, 2000)
Захаров М. «Суперпрофессия». Издательство «Вагриус», серия «Мой ХХ век». Доступно по ссылке: https://rg.ru/2019/09/28/chto-govoril-mark-zaharov-o-sebe-molodosti-i-professii.html
Эйзенштейн С. М. «Монтаж аттракционов» // АЛИБР.ру. 1923. Доступно по ссылке: http://az.lib.ru/e/ejzenshtejn_s_m/text_1923_montazh.shtml
Захаров М. «Мы все немножечко поглупели» // Snob.ru. Доступно по ссылке: https://snob.ru/selected/entry/41707/
«Обыкновенное чудо», 1978, реж. Марк Захаров
«Тот самый Мюнхгаузен», 1979, реж. Марк Захаров
«Формула любви», 1984, реж. Марк Захаров
«Убить дракона», 1988, реж. Марк Захаров
