Влияние философии сквоттинга на устройство общественных пространств

Хотелось бы также дополнительно подчеркнуть, что при дальнейшем упоминании сквоттинга будут рассматриваться, главным образом, те стихийные поселения, которые которые подразумевают под собой какую-либо общую идеологию или деятельность помимо совместного проживания.

Особенно сквоттинг ассоциируется с хиппи и панк-группировками, среди которых был распространен по некоторым идеологическим соображениям. Более того, обе эти субкультуры сыграли ключевую роль во влиянии на глобальную культуру и массовое искусство, захватив с собой и практики сквоттинга.

Однако нужно заметить, что все вышеперечисленное было распространенным явлением в западном социально-политическом контексте. В России (а тем более во времена СССР) сквоттинга почти не существовало. Даже при учете проведения перестройки и расформирования коллективной собственности в конце ХХ века, практики сквот-поселений не были переняты и почти не обрели последователей.

Для проведения исследования, были отобраны примеры московских творческих, культурных или досуговых пространств, которые бы иллюстрировали сформулированную гипотезу. Информационные источники включают как социологические и антропологические научные работы, связанные с обустройством городской среды и непосредственно сквоттингом, так и репортерские статьи с освещением событий или погружением в сквот-культуру.

Содержание:

1 сохранение архитектуры 2 свобода проявления 3 уникальный опыт для посетителей 5 симбиоз с истеблишментом 6 объединение деятельности и быта

В российских культурных пространствах корни сквоттинга проявляются зачастую как ревитализация заброшенных зданий служивших ранее какой-либо институции (например, заводы или вокзалы) [4]. В связи с неоднократной сменой политического курса России за 20 век, на территории страны остается множество построенных артефактов былого системы. И если в начале 20 века тотальное переоборудование и возведение всего под нужды производства, то с возвращением частной собственности осталось множество экономически невыгодных или потерявших своих прежних хозяев построек — это и промышленные здания и частные особняки. Технически такой «апсайклинг» зданий нельзя назвать сквоттингом, потому что никто здесь жить и вести быт не начинает, а также, вероятно, юридически оформляется.

Однако зачастую творческие активистские организации оказываются в маргинальном положении относительно полноценного владения и распоряжения взятой под контроль недвижимости. Как, например, происходит сейчас с бывшей фабрикой «Красный Октябрь», где продолжительное время располагался широко известный арт-кластер с мастерскими, галереями, лекториями, офисами СМИ и редакций, кафе и барами и многими другими площадками. Сразу после расформирования и переезда конфетной фабрики в 2006 году появился проект о сносе ее старых корпусов и замены их на новый элитный ЖК.[5]

Тем не менее, активно развившаяся жизнь множества частных общественных организаций на территории «Красного октября», постоянная аренда помещений здесь и протесты московских хипстеров, охраняющих свое место силы, почти на 20 лет отложили проект по сносу исторических зданий. [5]

Вернуться к осуществлению реновации Болотного острова позволили новые обстоятельства, когда многим независимым творческим и общественным организациям пришлось покинуть свои резиденции в центре Москвы, и уже в 2023 году «Красный Октябрь» был снесен и на его месте готовится к сдаче в 2026 году новый ЖК. [6]

Сквот-община обычно характеризуется совместным обитанием в каком-то едином пространстве. Так как места, выбираемые для сквоттинга как правило требуют облагораживания, то из-за принципиального отсутствия централизации, каждому члену общины позволено это делать самостоятельно по своему вкусу и возможностям.

Так, образуется уникальное пространство, которое едино именно своим разнообразием. Пространство оказывается не привязанно ко вкусам одного владельца или определенному визуальному коду, таким образом это способствует визуализации свободы и безнаказанности для каждого индивидуального проявления. Эта философия очень удачно оказывается применена в современных культурных центрах, чтобы развивать творческий потенциал.

В качестве такого примера можно привести пространство ArtPlay, где резиденствует Британская высшая школа дизайна и множество других мастерских. Заброшенный привокзальный квартал, где расположился ArtPlay, на каждом углу демонстрирует возможности своих мастерских, впечатляя и вдохновляя посетителей.

Как ранее было упомянуто, в сквот-общинах отсутствует иерархия и институты, поэтому их посещение кажется (а порой и является) небезопасным — ведь здесь царит свобода на все проявления. Несмотря на это, сквоты по всему миру часто посещают туристы и корреспонденты. Визуальный стиль винтажной и DIY («Сделай сам») эклектики — это именно то, что является неотъемлемой частью стихийно организованных общественных пространств и особенно привлекает посетителей, благодаря этому здесь нередко можно найти совершенно уникальные пространственные решения, предметы и прочие новаторства, невозможные в любой другой среде.

«Это здание — пример того, как мы зашли, а дальше каждое пространство начало диктовать свою историю. У Никиты заведение с пастой, „Аренда“ — это вообще эклектичный европейско-советский замес. Подвал получается французский, с моей комнатой, которая как капля Тбилиси, но коридор-то однозначно из коммунального общежития» — рассказывает Эдуард Оганисян о совместном с Никитой Фомкиным проекте «Особняк 2/1». [7]

«Особняк 2/1» — это самостоятельная реставрация, найденного, заброшенного пространства в самом центре Москвы. Здесь расположилось несколько кафе, винтажная лавка, магазин с пластинками и рюмочная. Проект еще находится в развитии, но уже стал достаточно популярен и завоевал несколько журналистских рецензий и исследований его истории.

«После того как мы открылись, тут прошло достаточно много людей, и все они были поражены. Реагируют просто, как дети: „О, клево“! Стояло историческое здание, и никто не ожидал тут изменений. Но кто сказал, что такие здания неприкосновенны? Сейчас оно служит, и это прямая задача, которую предполагал и архитектор, и бывший хозяин дома» — Э. О. [7]

Дополняет контекст сравнения организации современных общественных пространств и сквоттинга само название одного из заведений проекта «Особняк 2/1» — «Аренда». Само заведение как будто расположилось там на время, пока не пришли новые, настоящие владельцы по вывешенному объявлению.

В западном контексте отношения между монолитным истеблишментом и отделившимися от него контркультурами были как правило непримиримым противостоянием, особенно между ультралевыми сквоттерами, претендующими на общественное пользование простаивающим или вовсе заброшенным имуществом, но все еще находящимся во владении больших систем.

Тем не менее, активная борьба против друг друга иногда приводила к некоторым договоренностям или взаимовыгодным условностям, позволяющим сосуществовать обоим структурам. Эта концепция некого симбиоза складывается и между муниципалитетами, владеющими пространствами и независимыми культурными площадками и активистскими организациями, нуждающимися в резиденции.

Для независимых культурных предприятий России сотрудничество с муниципалитетом или другими владельцами необходимых пространств оказывается более выгодным для своей деятельности, чем полное противостояние или избегание. Ведь предоставляемая аренда в заброшенном или неэффективно используемом здании становится ниже рыночной, а деятельность заезжающей сюда организации способствует повышению актуальности этого места для возможного будущего переиспользования. В процессе обитания и деятельности независимых организаций их горизонтальные связи продуктивное развитие пространства и привлечение к нему аудитории, но чтобы это развитие было возможно, владеющий этими пространствами истеблишмент должен минимально вмешиваться в деятельность, окупирующих территорию организаций.

Самая важная концепция сквот-поселений — это создание единого пространства для профильной деятельности и ведения быта, поэтому сквот-общины зачастую оказываются собраны именно из художников, чтобы обретать возможность жить, не отрываясь от вдохновения. Подобно этому распространенность получили арт-резиденции, которые предоставляют возможность, полностью погрузиться в среду, располагающую к творчеству. Также все больше распространяется практика предоставлять арт-резиденции в общественных пространствах на время их сотрудничества с художниками или с творческими коллективами. Например, такие штатные коллаборации с помощью опен-коллов устраивает ГЭС-2.

ГЭС-2: «Мы стремимся расширить локальную художественную географию, наладить межкультурные связи с другими городами и странами, поддерживая разнообразие эстетических практик и исследовательских подходов. Резиденция дает творческим профессионалам возможность жить и работать в центре Москвы, позволяет им погрузиться в культурную среду большого города, познакомиться с местными сообществами и художественными институциями» [8]

Подобное сотрудничество предлагает художникам и пространство «Gridchinhall». Это центр современного искусства, расположенный недалеко от Москвы, в загородной местности. В центре объединены несколько функций: выставочные площади и резиденция для художников. Здесь проводятся не только выставки, но и открытые мастер-классы, а также встречи и лекции.

• Meta признана экстремистской организацией

Проведенное исследование выявило значительное влияние философии сквоттинга на устройство современных культурных пространств в России, несмотря на практически полное отсутствие самого феномена сквоттинга в культурном поле России. Так, ключевые аспекты сквот-культуры, такие как сохранение архитектуры, свобода самовыражения, предоставление уникального опыта посетителям, взаимодействие с институциями и объединение быта и творчества, действительно нашли свое отражение в устройстве ряда общественных и творческих площадок. Современные общественные пространства и культурные центры демонстрируют тесное пересечение с философией сквоттинга в их стремлении сохранять и переосмыслять заброшенные пространства, создавать свободные зоны для самовыражения и объединять творческую деятельность с обыденной жизнью. Таким образом, исследование приводит к выводу, что элементы философии сквоттинга нашли свое отражение в российской практике, приспособившись к местным социальным и экономическим реалиям и оказались актуальны для создания уникальных пространств, которые становятся важной частью культурной среды.