«Сюжеты парадоксальной действительности» Интервью с Дмитрием Печуриным

Дмитрий Печурин — художник, работающий с фотографией. Окончил курс Владимира и Екатерины Селезневых в школе современной фотографии POLEZRENIYA. Итоговый проект «Бояться нечего» (2020) был опубликован в журналах Calvert Journal, Colta.ru и Republic.

Прошел обучение на курсе авторской фотокниги в Московской школе фотографии и мультимедиа им. А. Родченко (курс Ольги Матвеевой и Жени Яхиной). В рамках курса создал фотокнигу «Бояться нечего», которая вошла в шорт-лист Fotobookmarket Award (2021).

Финалист международной грантовой программы PhMuseum с проектом «С любовью к Родине: методические рекомендации» (2023).

Я отношусь к фотографии как к любимому смыслообразующему и жизнеутверждающему делу.

Я сменил много профессий. Сейчас я работаю UX/UI дизайнером, но до этого я был тренером по фитнесу и боксу, а также занимался необычным видом спорта — шахбоксом. Это синтез шахмат и бокса.

В детстве я ходил в спортивные походы в горы, и мне хотелось запечатлеть ту природу и те места, что я видел, сохранить их для себя и поделиться ими с кем-то еще. Например, красивый закат или гора необычной формы. Семь лет назад я записался на онлайн курс по природной съемке. Ездил в горы, снимал пейзажи на широкоугольный объектив. В какой-то момент я понял, что это путь в никуда, потому как это занятие сводилось к простой фиксации природы с видовых точек, которые я посещал, и не развивался как автор.

Я искал в Сети пейзажные фотографии, и обратил внимание на снимки Дмитрия Богачука. Его работы сильно отличались от работ других пейзажистов, в них не было кричащего контрового света или эпичных видов, наоборот чувствовались гармония и спокойствие. Я задал Дмитрию вопрос, где можно научиться подобному. Он рассказал мне о Школе современной фотографии Polezreniya (тогда Fine Art).

Так я попал на интенсив к Владимиру Селезневу. Шесть дней подряд на курсе мы знакомились с работами авторов, которые значительно влияли на развитие фотографии с момента ее изобретения. Я впервые взглянул на фотографию, как на возможность высказывания, а не только фиксации.

Мне нравится сложность статичного изображения. Думаю о том, как одно или несколько плоских изображений могут заключать в себе нечто цельное, вызывающее в зрителе какие-то размышления или противоречия.

Фотография — способ выражения, который на данный момент мне подходит. Вместе с тем я думаю, что мне не хотелось бы ограничивать себя только ею. В дальнейшем мне хочется поработать с другими медиуами, например, с видео, звуком и скульптурой.

Прежде всего на меня оказал влияние подход к понимаю фотографии Владимира и Екатерины Селезневых, то, как они её чувствуют. Работы Дмитрия Лукьянова, Александра Гронского, определенный период работ Данилы Ткаченко, практически все авторы выставки «Новый пейзаж». Сейчас я учусь у Марго Овчаренко, и чувствую, как её взгляд также влияет на меня.

Свой первый проект «Бояться нечего» я снимал в течение года. Это работа о сложившейся опасности попадания радиоактивных и химических отходов в воздушное пространство Москвы и моего родного микрорайона Сабурово. Я документировал места захоронений отходов, реконструировал сцены, которые я там видел, делал скриншоты новостей. Также мне было интересно наблюдать за тем, как жители района реагируют на возникшую угрозу, какое происходит взаимодействие между ними и администрацией города.

Я завершил проект, когда у меня возникло ощущение эмоциональной пустоты к данной теме. Полгода после я не снимал совсем, было время пожить с полученными знаниями и опытом, и начать мыслить иначе.

Примерно в это же время я принял участие в резиденции «Удар». Она проходила в Боровске в заброшенном ансамбле тюремного замка 1866 года постройки. Там мне удалось сделать инсталляцию, которая называется «Коммуникация». К этой работе у меня на сайте нет текста, но она о том, как после революции прежнюю тюрьму превратили в жилой дом.

За ударный труд лучшим работникам фабрики «Красный Октябрь» предоставили отдельные квартиры (бывшие камеры). По найденной мной информации, первые «ударники» въезжали в свои «квартиры», когда некоторые камеры были еще заняты заключенными. Жителей «Дома Ударника» расселили только в 2013 году. Создание инсталляции оказалось интересным опытом, и мне бы хотелось однажды еще поработать со скульптурой.

В новом проекте «С любовью к Родине: методические рекомендации» я решил не бояться ставить перед собой технически сложные задачи. Дело в том, что мне не всегда сразу удается снять задуманный кадр так хорошо, как он представляется в моем воображении. Зачастую бывает так, что я возвращаюсь к месту съемки по несколько раз и переделываю кадр до нужной степени выразительности. За время работы над проектом качество и сложность моих изображений действительно изменились технически и визуально. Мой взгляд также менялся. Уже сейчас некоторые кадры я бы делал по-другому, но в этой работе есть своя эстетика. Надеюсь закончить «С любовью к Родине: методические рекомендации» к середине 2024 года.

Думаю, что общая идея есть во всех моих работах, даже включая опыт с инсталляцией. Я понял, что прежде всего меня интересует взаимодействие между властью и обществом. То, как власть спускает свою идеологию или свою позицию в народ, как затем общество реагирует на это, как дополняет это взаимодействие своим восприятием реальности.

Сейчас я начал делать следующий проект, в котором это взаимодействие раскрывается в новом виде, где меня уже больше интересует ответная реакция общества на новые реалии, на некое навязываемое нарушение естественного хода времени. Пока что мои мысли к этой работе не обрели устойчивую форму, и видоизменяются с моими личными ощущениями. Последние несколько лет я снимаю только то, что меня действительно волнует.

Это сложный вопрос. Он, возможно, призывает к философскому ответу, но для меня фотография — это способ выразить свои иногда абстрактные, возможно, разрозненные мысли и привести их к чему-то единому. Вовремя почувствовать и ответить на неосознанный импульс. Иногда я делаю фотографии интуитивно и сам до конца не понимаю, что хочу выразить в сюжете.

А сейчас я снимаю практически всегда сюжетами. У меня мало бессюжетных поэтических кадров, где я мог бы настроить зрителя на определенную волну, как, например, это происходит в работах Ринко Каваучи.

В проекте «С любовью к Родине: методические рекомендации» идеи приходят через процесс поиска сцен или объектов, подходящих к основной идее серии. Я ищу фотографии и описания необычных мест в Сети, а когда нахожу что-то интересное, то стараюсь поехать в нужную часть России на съемку.

Случайные сюжеты для меня большая редкость. Хотя иногда так происходит: иду, поворачиваю голову, и все складывается, как в кадре, где человек склоняется к капоту машины. В ней все сложилось особенным образом: на машине герб России, из-под капота течет масло, а на фоне железный забор и деревянный дом с пластиковыми окнами, под окном — береза. Прошел бы на полчаса раньше и не увидел бы этого. Про себя я называю такие совпадения явлением — вселенная на какое-то мгновение открыла идеальный сюжет парадоксальной действительности.

Не могу себе с точностью ответить, являются ли некоторые сюжеты этого проекта документальными или насколько они документальны. Я их не придумывал, а замечал, видел и воссоздавал.

В новом проекте я больше воображаю. Воображаю несуществующее в реальности, хотя и основанное на противоречиях и несоответствиях, которые всюду замечаю.

У меня цифровая среднеформатная 50-мегапиксельная камера Fujifilm GFX 50R. С этой камерой я вырос технически и увидел ту самую пластичность снимков, о которой так много слышал раньше. Я начал чувствовать и снимать по-другому. В проекте «С любовью к Родине: методические рекомендации» есть снимки, снятые на предыдущую камеру Canon 6D, и разница изображений заметна.

Обычно в поездке со мной рюкзак, штатив, софт бокс, синхронизаторы, много реквизита, вспышка и одна камера. Раньше брал с собой еще и пленочную, но со временем понял, что сейчас не хочу комбинировать разные по типу съемки изображения, и мне нужны только максимально качественные и простые в использовании.