Original size 1140x1600

Дистанция и вторжение как способы репрезентации женской уязвимости в изображениях Сусанны и Вирсавии

PROTECT STATUS: not protected
The project is taking part in the competition

Введение

Библейские сюжеты о Сусанны и Вирсавии занимают особое место в истории искусства, так как позволяют рассмотреть, каким образом живопись и графика передают женскую уязвимость, возникающую в ситуации неравного распределения власти. Оба сюжета связаны с наблюдением за женщиной, находящейся в частном пространстве и не предполагающей присутствия постороннего взгляда. Однако визуальное воплощение этих историй не ограничивается иллюстрацией религиозного повествования. Художники используют композицию, перспективу, и пространственные границы, чтобы показать отношения между наблюдающим и наблюдаемой фигурами. В этой работе будет исследоваться, как дистанция влияет на восприятие двух сюжетов.

История Вирсавии

Согласно Библии, Вирсавия была женой воина Урии Хеттеянина. Прогуливаясь по крыше дворца царь Давид заметил купающуюся Вирсавию и, соблазнившись ее красотой, приказал доставить ее во дворец. После этого Вирсавия забеременела, а Давид приказал отправить ее мужа в самое опасное место сражений, где тот и умер. В следствии греха Давида их первый ребенок умер.

История Сусанны

Сусанна была женой Иоакима, жила в Вавилоне во время вавилонского пленения. Когда она купалась в своем саду за ней подглядывали два старца — влиятельные старейшины общины. Они стали требовать близости под угрозами, что оклеветают ее в прелюбодеянии. Сусанна отказала им, и они исполнили свою угрозу. Но ее не казнили за грех, так как вмешался пророк Даниил, который уличил старцев во лжи.

Обе героини оказываются в ситуации, где их личное пространство перестает быть защищенным. При этом характер нарушения границ различается. В истории Сусанны вторжение осуществляется непосредственно через присутствие наблюдателей, их приближение и последующее давление. В истории Вирсавии оно начинается с дистанционного наблюдения со стороны человека, обладающего властью, и последующее физическое заключение.

Таким образом, несмотря на схожесть историй, дистанцию и способы ее передачи можно рассматривать как основное отличительное различие этих двух сюжетов. Дистанция подчёркивает неравенство между наблюдающим и наблюдаемой фигурами: мужчина получает возможность видеть женщину, оставаясь при этом вне её поля зрения. Вторжение, напротив, обозначает момент, когда пространственное или символическое разделение нарушается, а скрытое наблюдение превращается в непосредственное давление.

Сюжет Вирсавии в искусстве

Некоторые художники в сюжете Вирсавии используют масштаб. В их работах маленькие человеческие фигуры контрастируют с общим планом. Таким образом авторы позволяют зрителю охватить все пространство своим взглядом, а так же создают ощущение беззащитности и неизбежности даже не смотря на расстояние.

Original size 2238x1100

«Пейзаж с Вирсавией» — Ян ван Скорел (Jan van Scorel), около 1540–1545 годов. Материалы: масло, деревянная панель. Музей: Rijksmuseum, Амстердам, Нидерланды.

Ван Скорел строит композицию на контрасте между крупным пространством природы и небольшими фигурами. Вирсавия находится в левой части картины, а Давид — маленькая фигура на балконе дворца справа. Между ними лежит значительное пространство, заполненное пейзажем и архитектурой. Такое построение композиции создает акцент на невозможности героини заметить наблюдение. Давид физически далёк, но его положение на балконе позволяет ему видеть происходящее. Автор помещает зрителя так, чтобы он сам мог лишь подозревать о наблюдении, фигуры вдали еле различимы, они не просто далеки от зрителя и героини, они еще и скрыты тенью. Мы не определяем героев, не видим направленности их взгляда, но понимаем, что с балкона Вирсавия может оказаться видна. И это неведение лишь вводит зрителя в чувство тревоги, ведь уподобляет его самой Вирсавии, ставя его в беззащитное и уязвимое положение неведения. Фигуры прохожих создают для зрителя визуальную линию, маршрут, по которому должен идти наш взгляд от Вирсавии к наблюдателю и обратно. Мы не только можем ощутить беззащитность и неведение героини, но так же можем и проследить, каким путем шел взгляд Давида до того, как он заметил ее.

Original size 2000x1318

«История Давида и Вирсавии» — Херри мет де Блес (Herri met de Bles), около 1535–1540 годов. Материалы: масло, деревянная панель. Музей: Isabella Stewart Gardner Museum, Бостон, США.

На данной картине Блес рассказывает целую историю. Фигуры очень малы по отношению к архитектуре и пейзажу, поэтому расстояние между ними кажется особенно большим. Давид почти теряется среди архитектурных деталей, но именно его взгляд связывает удалённые части композиции, художник дает понять полноту власти царя — такие расстояния для него ничто, как бы далеко не была Вирсавия, ее участь неизбежна. Художник показывает не только момент наблюдения, где Давид стоит на балконе, он также появляется повторно в другой сцене, где передаёт Урии письмо, ведущее к гибели мужа Вирсавии. Так дистанция в картине помогает не только раскрыть мотив неведения, но и весь сюжет. Зрителю приходится самому искать персонажей среди множества деталей, он сам уподобляется наблюдателю. Но в отличие от Давида он не застает нагую Вирсавию, он уличает грех царя Давида. Автор будто предлагает нам рассмотреть, что происходило с другой стороны, в замке, когда Вирсавия об этом не подозревала. Пейзаж и архитектура растягивают дистанцию не только в пространстве, но и во времени.

Фрагменты картины. «История Давида и Вирсавии» — Херри мет де Блес (Herri met de Bles), около 1535–1540 годов. Материалы: масло, деревянная панель. Музей: Isabella Stewart Gardner Museum, Бостон, США.

Таким образом пространство и масштаб становится сильным инструментом выражения беззащитности и неведения. Когда для одного расстояние скрывает действительность, для другого оно наоборот ее открывает.
Этот же масштаб передает силу власти царя Давида и разницу статусов героев.

Высота

Original size 801x1200

«Давид и Вирсавия» — Лукас Кранах Старший (Lucas Cranach the Elder), 1526 год. Материалы: живопись на буковой доске. Музей: Gemäldegalerie, Берлин, Германия.

Здесь дистанция выражена очень отчётливо через вертикальное разделение пространства. Вирсавия находится внизу, среди служанок, а Давид и сопровождающие его мужчины смотрят сверху из-за стены или парапета. Стена выступает в нескольких разных ролях. Она разделяет персонажей, из-за чего активного вмешательства не происходит, также она позволяет Давиду наблюдать за происходящим с удобной точки обзора. Но помимо этого она и передает статус персонажей. Давид имеет власть над Вирсавией и как царь, и как наблюдатель. Он не приближается к Вирсавии физически, но занимает более высокое и контролирующее положение. Чтобы заметить его, Вирсавии приходится поднять голову, однако по ее взгляду мы видим, что она еще его не замечает, она смотрит в другую сторону, на небо, а не на башню. Это делает героиню еще более уязвимой, автор этого произведения, в отличие от предыдущих, будто дает ей шанс заметить наблюдателя, однако этого не происходит. Даже зрителю стоило бы поднять не только взгляд, но и голову, отвлекаясь от композиционного центра, чтобы увидеть Давида.

Original size 1200x1668

«Давид и Вирсавия» — Вольфганг Кродель Старший (Wolfgang Krodel the Elder), 1528 год. Материалы: живопись на деревянной панели. Музей: Kunsthistorisches Museum, Вена, Австрия.

Кродель использует схожую с Кранахом композицию. Вирсавия находятся в нижней части композиции, а Давид на балконе дворца. Балкон становится главной точкой наблюдения, царь возвышается над женщинами и отделён от них архитектурой. Между двумя пространствами есть визуальная связь, но нет физического контакта. В отличие от предыдущих картин мы так же можем наблюдать в работах Кроделя и Кранаха сопровождающих Вирсавии и Давида. Несмотря на то, что героиня не одна, это не спасает ее от чужого взора, никто не смог заметить взгляда и прикрыть девушку, а сопровождающие Давида не мешают царю. На фоне же мы наблюдаем беззаботный пейзаж, передающий неведение героини.

Фрагменты картин: «Давид и Вирсавия» — Вольфганг Кродель Старший (Wolfgang Krodel the Elder), 1528 год. Материалы: живопись на деревянной панели. Музей: Kunsthistorisches Museum, Вена, Австрия. и «Давид и Вирсавия» — Лукас Кранах Старший (Lucas Cranach the Elder), 1526 год. Материалы: живопись на буковой доске. Музей: Gemäldegalerie, Берлин, Германия.

Original size 1152x695

Лукас Кранах Младший (1537). Галерея старых мастеров, Дрезден. Дерево, масло. 121 × 74 см.

Работа Лукаса Кранаха Младшего подобна двум предыдущим, однако имеет одно разительное отличие — она ориентирована горизонтально. Давид все еще выше героинь, но не непосредственно над ними. Он скорее находится в глубине, теперь намек на его присутствие не такой явный. Его балкон оказывается в тени, скрывая его присутствие еще больше. Как и на предыдущих работах служанки «замечают» зрителя. Они будто держат с ним зрительный контакт. Я бы сказала, это вызывает у зрителя ощущение «застигнутости», то самое, которое должен был ощутить Давид, но не ощутил. Персонажи будто могут наблюдать вмешательство тех, кто находится с ними на одном уровне, но положение Давида не предоставляет это возможным.

Фрагменты картин: «Давид и Вирсавия» — Вольфганг Кродель Старший (Wolfgang Krodel the Elder), 1528 год. Материалы: живопись на деревянной панели. Музей: Kunsthistorisches Museum, Вена, Австрия. и Лукас Кранах Младший (1537). Галерея старых мастеров, Дрезден. Дерево, масло. 121 × 74 см.

Авторы этих произведений сильно сокращают дистанцию между героями, онако все еще оставляют обнаружение наблюдателя невозможным. Такая композиция выражают идею того, что опасность может быть не просто незаметной, она может быть ближе, чем кажется. Героини на данных произведениях становятся будто не жертвами пространства и расстояния, они становятся жертвами невинности и случая. От того, чтобы застигнуть наблюдателя их отделяет одно случайное движение глаз.

Преграда

Original size 0x0

Рафаэль Санти. — Рим: Музеи Ватикана, ок. 1519. — 1 фреска (роспись по штукатурке): свод одиннадцатого пролёта лоджий Рафаэля.

На данной фреске художник располагает Вирсавия и Давида по разным углам композиции и по дмагонали: дворцовый этаж наверху, купальня внизу. Не только архитектура разделяет персонажей, средний план — это воины, которые одновременно отделяют героев друг от друга, но и служат мостом. Из-за архитектуры Давид не может войти в пространство Вирсавии, ему нужен посредник. Воины одновременно намек на мужа Вирсавии и на замысел Давида и способ достижения его цели. Эта линия воинов становится границей, точкой невозврата, когда они пройдут и выйдут за границы видимого зрителем, Ничто уже не будет отделять Вирсавию от Давида.

Original size 1800x1427

Давид и Вирсавия Парис Бордоне, 1540–1549 (эпоха Возрождения) холст, масло

Дистанция и вторжение как способы репрезентации женской уязвимости в изображениях Сусанны и Вирсавии
Project created at 20.11.2026
hse.space
Unlock new opportunities in education, career, and creativity with HSE SPACE, the digital platform from HSE University. This online hub connects students, faculty, employers, and professional communities, empowering users to build dynamic digital portfolios, showcase extracurricular achievements, participate in competitions, and launch successful careers.
educational projects
extracurricular activities
startups
academic digest
We use cookies to improve the operation of the HSE website and to enhance its usability. More detailed information on the use of cookies can be fou...
Show more