Original size 1372x1944

Звучащая руина: акустика памяти в постиндустриальном пространстве

This project is a student project at the School of Design or a research project at the School of Design. This project is not commercial and serves educational purposes
Original size 400x225
R. Murray Schafer — Sun
10 min

𝄞 Под потолком — пыльный хрустальный остров. <…> Крикни сейчас «замри» — я бы тотчас замер, как этот город сделал от счастья в детстве. Мир состоит из наготы и складок. В этих последних больше любви, чем в лицах.

Иосиф Бродский
"Римские элегии"

ОГЛАВЛЕНИЕ ///////////////////

1. концепция

1.1 фрагмент, след и распад формы через теорию Сергея Хачатурова // Вальтера Беньямина

2. руина как форма памяти

2.1 пыль, туман и исчезновение материальности через идеи Жан Бодрийяра // Фредрика Джеймисона

3. саунд-арт и акустика индустриальной среды

3.1 шум как художественный материал 3.2 soundscape и акустическое восприятие пространства 3.3 эхо, пустота как медиум 3.4 механическая память и кинетический звук

4.аналитические выводы

5. заключение

1. КОНЦЕПЦИЯ /////////////////////

Индустриальные руины в современном городе существуют как следы утраченной функции и формы памяти, в которых продолжает ощущаться время. Заброшенные заводы, трубы и ангары выходят из логики производства, но сохраняются в материальности ржавчины, пыли, пустоты и самой акустике пространства. Руина здесь перестаёт быть завершённым объектом разрушения и становится состоянием перехода — между исчезновением и сохранением. В этом контексте sound art позволяет не только увидеть, но и услышать руину. Звук как временное и нестабильное явление, связанное с длительностью и физикой пространства, раскрывает индустриальную архитектуру как среду, где время проявляется не через образ, а через эхо, реверберацию и шум. ↻ ◁ || ▷ ↺

Original size 400x225

1.1 ФРАГМЕНТ, СЛЕД И РАСПАД ФОРМЫ ЧЕРЕЗ ТЕОРИЮ СЕРГЕЯ ХАЧАТУРОВА // ВАЛЬТЕРА БЕНЬЯМИНА //////////////////

На примере исследования Сергея Хачатурова [1] можно отметить, что руина мыслится не как результат разрушения, а как особое состояние формы, в котором сама её устойчивость оказывается изначально подвижной и нестабильной. Вода, туман, пыль и другие аморфные субстанции размывают материальную определённость пространства, переводя его в режим постепенного исчезновения и распада. Форма в таком понимании не завершается и не фиксируется, а существует как процесс — как след, в котором одновременно присутствуют утрата и сохранение, распад и остаточное присутствие. Пространство становится вакуумом, в котором «человек остается один на один со своими переживаниями личного одиночества, памяти». [1.2]

Original size 540x406

1.Подобное восприятие заброшенности можно интуитивно обнаружить в фильме А. Тарковского «Сталкер», где разрушенные и пустые ландшафты функционируют не как фон, а как среда самого переживания времени.

Эта логика сближается с мыслями Вальтера Беньямина[3] о том, что руины сегодня перестают быть просто остатками архитектуры и начинают функционировать как особая форма времени. История не разворачивается линейно, а сохраняется в виде фрагментов и обломков, остается точкой, в которой прошлое становится видимым.

2. РУИНА КАК ФОРМА ПАМЯТИ ////////////

Если руина мыслится как фрагмент исторического времени и форма проявления утраченной целостности, то следующим шагом становится вопрос о том, в каких материальных состояниях это время продолжает существовать. Здесь внимание смещается от структуры формы к её распаду — к процессам, в которых сама материальность начинает терять стабильность и превращается в поток исчезновения.

Original size 1024x341

2.В качестве визуального ряда стоит также упомянуть индустриальных фотографов Бернда и Хиллу Бехер, которые, также как саунд художники, видели музыку в забытой временем архитектуре.

2.1 ПЫЛЬ, ТУМАН И ИСЧЕЗНОВЕНИЕ МАТЕРИАЛЬНОСТИ ЧЕРЕЗ ИДЕИ ЖАН БОДРИЙЯРА // ФРЕДРИКА ДЖЕЙМИСОНА

Фиксируются утраченные структуры времени, однако следующий уровень анализа смещается к материальным состояниям, в которых это время продолжает существовать. Руина перестаёт быть образом прошлого и становится процессом распада, в котором форма не исчезает сразу, а размывается через нестабильные состояния материи.

Материальность утрачивает стабильность и превращается в процесс, где исчезновение и сохранение сосуществуют одновременно. 𝄢

В этом смысле Жан Бодрийяр[4] описывает подобное состояние как растворение реальности в системе знаков, где материальный объект теряет устойчивость и начинает существовать как след или симуляция. Фредрик Джеймисон[5] дополняет эту логику, рассматривая постиндустриальное пространство как среду утраты глубины, где сохраняется материальная оболочка, но исчезает функциональный и смысловой центр.

Original size 1200x581

3.«MAM Project 022: Якоб Кьеркегор», датский художник Джейкоб Киркегор.

3. САУНД‑АРТ И АКУСТИКА ИНДУСТРИАЛЬНОЙ СРЕДЫ ///////////////

В этих условиях руина начинает восприниматься не только как визуальная или материальная структура распада, но и как акустическая среда, в которой фиксируется продолжительность времени. Изменения материи — её пористость, пустоты, деформации — формируют особые звуковые режимы пространства, такие как эхо, реверберация и шумовая нестабильность. Индустриальные руины оказываются не только следами исчезнувшей функции, но и пространствами, где сама архитектура продолжает «звучать» после утраты производственного назначения.

Original size 2000x1141

4.Билл Фонтана, «Безмолвное эхо» (неподвижная композиция), 2022. Из серии «Акустические видения».

Звук в этом контексте становится способом фиксации того, что уже невозможно увидеть напрямую, но можно услышать как остаточное присутствие среды. Таким образом, переход к саунд-арту позволяет рассматривать руину как акустический объект, в котором время проявляется через звучание пустоты и материальный резонанс пространства.

▶• ılıılılııııılıılıılı। 0

Original size 400x225

3.1 ШУМ КАК ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ МАТЕРИАЛ ///////////

Original size 1024x729

5.Инструменты итальянского футуриста Луиджи Руссоло (1913)

Луиджи Руссоло одним из первых предложил рассматривать шум как самостоятельный художественный материал. В своём манифесте «Искусство шумов» он противопоставляет индустриальные звуки традиционной музыкальной гармонии, утверждая новую эстетику городской и машинной среды. Его шумовые инструменты — intonarumori — имитировали гул механизмов, вибрации моторов и ритмы индустриального города.

В контексте исследования руин идеи Руссоло можно рассматривать как раннее предчувствие постиндустриальной акустики, где шум становится не побочным эффектом среды, а её основным содержанием. Несмотря на то, что художник не обращался к теме заброшенности напрямую, именно он сформировал язык, через который позднее стало возможно воспринимать индустриальное пространство как звучащую систему.

Loading...
Звучащая руина: акустика памяти в постиндустриальном пространстве
Project created at 09.05.2026
More projects in visual research
Арина Терентьева создала исследование эволюции визуального стиля Amanita Design, основанное на анализе их художественных методов и тем. Проект включает детальный анализ природных мотивов, механических головоломок и эволюции стиля от первых коллажей к современным иллюстрациям.
Kamilla Nurullova
Рубрикатор I. Биография и профессиональная карьера. II. Ранний этап: инженерная поэзия (1980-е — начало 1990-х) III. Органическая архитектура и символизм (конец 1990-х — 2000-е) IV. Зрелый этап: инфраструктура как скульптура (2008–2016) V. Анализ визуального языка. VI. Заключение.
hse.space
Unlock new opportunities in education, career, and creativity with HSE SPACE, the digital platform from HSE University. This online hub connects students, faculty, employers, and professional communities, empowering users to build dynamic digital portfolios, showcase extracurricular achievements, participate in competitions, and launch successful careers.
educational projects
extracurricular activities
startups
academic digest
We use cookies to improve the operation of the HSE website and to enhance its usability. More detailed information on the use of cookies can be fou...
Show more