Original size 780x1170

Искусство создания смеха в американской slapstick-комедии 1920-х годов.

PROTECT STATUS: not protected
This project is a student project at the School of Design or a research project at the School of Design. This project is not commercial and serves educational purposes
The project is taking part in the competition

Концепция

Говоря об эпохе немого голливудского кино, нельзя не упомянуть жанр комедий, который в то время получил широкое распространение. В силу ограничений немого кино при создании комедий акцент делался именно на физическое действие и визуальный юмор, который создавался благодаря сочетанию разных приёмов и факторов, на чём и строится повествование моего исследования.

Slapstick — комедия является важным поджанром физической комедии в истории американского немого кино. В 1920-е годы этот жанр распространился достаточно сильно, а его отличительной чертой стало создание комических ситуаций через преувеличенное физическое взаимодействие человека с окружающим миром — предметами, архитектурой, транспортом и различными устройствами. Несмотря на отсутствие диалогов, так как доступа к звуковым дорожкам ещё не было, slapstick — комедии вызывали бурную реакцию у зрителей. Чаще всего люди эмоционально отдыхали на таких премьерах, ведь подобный, где-то более простой и не требующий интеллектуальных познаний юмор, был понятен каждому. Чаще всего изображались довольно простые сцены: постоянные падения, неловкие взаимодействия с окружающим интерьером и предметами, погони, столкновения и метание тортов в лицо. Комический эффект появлялся благодаря неожиданности в развитии событий, а также нарушению привычного порядка вещей, когда обычное назначение предмета не соответствовало его использованию. Так, интерьер сцены и элементы окружения могли меняться таким образом, что создавало бы нужную комическую атмосферу.

Во времена 1920-х годов активно развивались города, стали более масштабно использоваться автомобили, электрические устройства и другие технологии, что, конечно, отражалось и в кинематографе. Новые технологии и механизмы часто стали также становиться основой комических ситуаций, нежели просто декорациями. В своей работе я бы хотела не просто рассмотреть жанр slapstick комедии, а раскрыть как именно окружающая среда превращалась в инструмент, создающий комедию.

Ключевой вопрос моего исследования: С помощью каких визуальных приёмов предметы, пространство, архитектура и различные механизмы становятся одними из главных элементов действия, и можно даже сказать отдельными героями, в американской slapstick — комедиях 1920-х годов?

С помощью анализа отдельных эпизодов я хочу узнать, как нарушение привычных функций предметов, пространственной логики и работы устройств формирует характерный для американской slapstick — комедии визуальный юмор.

Гипотезой моего исследования являются следующие размышления: в американских фильмах 1920-х годов в комедийном жанре slapstick внешняя среда превращается из пассивного фона в активный элемент действия благодаря смешению нескольких приёмов. Основной используемый приём, на котором строятся все остальные — это эффект контраста настроений и неожиданности. И как раз таки этот эффект достигается нарочитым нарушением привычных функций предметов, пространственной и архитектурной логики, а также непредсказуемостью и хаосом в работе механизмов. Именно эти приёмы помогают вызвать у зрителя смех, создавая визуальные противоречия и различные гэги, в которых окружающая среда определяет ход действия. И на этих приёмах основывается принцип рубрикации моего визуального исследования. Хронология выстроена, так чтобы переходить от небольших предметных взаимодействий к более масштабным, показывая, как комическое действие постепенно охватывает всё окружающее пространство.

Изучая литературный материал, я в первую очередь опиралась на тексты по теории всего немого кино, чтобы проследить за развитием комедийных поджанров и их отличий. Но основным принципом отбора материала для меня стали те исследования и тексты, что раскрывали slapstick — комедию не просто как жанр физического юмора, а как способ взаимодействия человека с предметами, средой и механизмами. Для меня было важно пронаблюдать за последовательностью визуальных изменений от привычного использования среды до нарушения её первоначального назначения, что создают непредвиденный результат.

При отборе визуального ряда исследования я опиралась на американские немые комедии 1920-х годов, в которых отражаются нужные для исследования приёмы. Я в первую очередь ориентировалась на фильмы с логически законченными визуальными действиями, в которых можно было бы проследить за развитием комической ситуации. Для анализа я использовала последовательность изображений, демонстрирующих исходное состояние рассматриваемого элемента, нарушения его работы и результат.

Глава 1: Предметы и бытовое пространство

Повседневный интерьер обычно воспринимается как привычное и понятное пространство, в котором каждый предмет имеет своё назначение. Однако в slapstick-комедии эта логика часто нарушается. Мебель и бытовые устройства начинают выполнять совершенно другие функции, а сам дом превращается в систему, где предметы взаимодействуют друг с другом необычным образом.В The Scarecrow комедия рождается не из поломки, а из избыточной изобретательности. Дом двух работников фермы устроен как компактная машина быта: граммофон заменяет плиту, книжный шкаф — холодильник, кровать превращается в пианино, а обеденный стол убирается в стену. Предметы остаются узнаваемыми, но их функции радикально смещаются.

В сцене завтрака важно, что это не хаос, а тщательно выстроенная система. Верёвки, рычаги и небольшие механизмы превращают приготовление еды в автоматизированную цепочку движений: продукты и приправы сами прибывают к столу. Человек здесь почти не управляет пространством — он встраивается в его логику.Комический эффект основан на узнавании и ошибке ожидания. Зритель видит обычные вещи, но не может заранее предсказать, как они будут использованы. Это близко бергсоновской идее комического как «механического, наложенного на живое»: герой действует не свободно, а подобно детали заранее заданного механизма.

The Scarecrow показывает первый уровень превращения среды в комический инструмент: отдельный предмет меняет назначение, но сохраняет знакомый облик. Дом становится не убежищем, а изобретением, в котором бытовая рутина превращена в визуальный аттракцион

В The Electric House Бастер Китон переносит тот же принцип в мир электричества. Дом обещает идеальную автоматизацию: ванна подъезжает к кровати, книжные полки выдают книги, бильярдные шары возвращаются по механизму, миниатюрная железная дорога доставляет еду, а лестница работает как эскалатор.

Original size 1280x1033

Но именно избыток удобства становится источником катастрофы. После вмешательства в управление устройства перестают различать пользу и вред: еда едет не туда, лестница ускоряется, ванна и предметы начинают перемещаться по дому вопреки людям. Один сбой распространяется на всю систему, потому что механизмы связаны между собой.Здесь юмор строится на инверсии обещания техники. Сначала дом кажется рациональным пространством, освобождающим человека от труда; затем он превращается в автономную машину, которая подчиняет себе обитателей. Это особенно точно соответствует исследовательскому фокусу Ланге: в слэпстике вещи и машины не просто окружают человека, а трансформируют границы между субъектом и объектом.

The Electric House демонстрирует переход от «странного предмета» к «странной системе». Комедия возникает не потому, что вещь используется не по назначению, а потому, что целый дом начинает действовать как непредсказуемый механизм

В обоих фильмах бытовое пространство перестаёт быть нейтральным фоном. В The Scarecrow предметы становятся комическими благодаря изменению их назначения, а в The Electric House — благодаря автоматизации и нарушению работы механизмов. В обоих случаях привычный интерьер начинает самостоятельно влиять на развитие действия.

Глава 2: Архитектура абсурда

В One Week комическое пространство возникает ещё до того, как в нём начинается действие. Сборный дом должен стать образом порядка: у него есть инструкция, нумерация деталей и ясная логика сборки. Однако перепутанные номера превращают архитектуру в случайную комбинацию форм.Перекошенные стены, смещённые окна и двери, работающие не по ожидаемой логике, делают дом визуально «неправильным». Зритель одновременно узнаёт жилище и не может доверять ему: привычная архитектурная грамматика сохраняется лишь внешне, но перестаёт функционировать.

Сцена бури доводит этот приём до предела. Дом вращается, словно карусель, хотя здание по определению должно быть неподвижным. Комический эффект возникает из столкновения двух ожиданий: дом должен защищать и быть устойчивым, но вместо этого сам становится источником движения и разрушения.

Сцена бури доводит этот приём до предела. Дом вращается, словно карусель, хотя здание по определению должно быть неподвижным. Комический эффект возникает из столкновения двух ожиданий: дом должен защищать и быть устойчивым, но вместо этого сам становится источником движения и разрушения.

Original size 1152x647

В The Boat комическое противоречие возникает на границе двух пространств: дома и воды. Лодка Damfino строится внутри жилого дома, но её размер не соответствует дверному проёму. Объект, предназначенный для внешнего мира, оказывается слишком большим для интерьера, в котором был создан.

Попытка вынести лодку разрушает дом: архитектура не выдерживает столкновения с предметом, который для неё чужд. Но фильм не останавливается на этом. На воде лодка тоже не выполняет свою функцию: она протекает, а попытки починить её лишь усиливают проблему.Таким образом, The Boat строится на двойном нарушении назначения. Дом не может вместить или выпустить лодку, а лодка не может безопасно перемещаться по воде. Комедия возникает не из одной ошибки, а из цепочки несоответствий между объектом, пространством и его функцией.

The Boat расширяет комический конфликт: сначала пространство не соответствует предмету, затем сам предмет не соответствует своей задаче. Архитектура и транспорт поочерёдно становятся источниками катастрофы.

В One Week дом теряет устойчивость и функциональность из-за ошибки конструкции, в The Boat — не выдерживает столкновения с чужеродным объектом. Архитектура перестаёт обеспечивать порядок и сама порождает комическое разрушение

Глава 3: Техника, вышедшая из-под контроля

Искусство создания смеха в американской slapstick-комедии 1920-х годов.
Project created at 20.11.2026
hse.space
Unlock new opportunities in education, career, and creativity with HSE SPACE, the digital platform from HSE University. This online hub connects students, faculty, employers, and professional communities, empowering users to build dynamic digital portfolios, showcase extracurricular achievements, participate in competitions, and launch successful careers.
educational projects
extracurricular activities
startups
academic digest
We use cookies to improve the operation of the HSE website and to enhance its usability. More detailed information on the use of cookies can be fou...
Show more