Original size 1059x1486

Кукольная анимация Владислава Старевича во Франции 1920–1939

PROTECT STATUS: not protected
This project is a student project at the School of Design or a research project at the School of Design. This project is not commercial and serves educational purposes
The project is taking part in the competition

У куклы нет собственного движения.

Именно поэтому каждый жест становится решением автора. В фильмах Старевича характер не существует от

Кукольная анимация раннего кинематографа основана на парадоксе: зритель видит живое существо там, где в действительности находится неподвижная фигура. Фактура, объём и тени остаются настоящими, но благодаря покадровой съёмке кукла начинает двигаться, реагировать на происходящее и проявлять характер. Этот эффект невозможно объяснить одной только техникой. Важно понять, как устроена сама кукла, насколько свободно она может менять позу и какие решения превращают движение в осмысленное действие.Предмет исследования: французский период творчества Владислава Старевича (Ladislas Starewitch), с 1920 по 1939 год. Режиссёр работал с покадровой съёмкой и раньше, однако именно во Франции, в семейной мастерской в Фонтене-су-Буа, его художественный метод получил последовательное развитие. Здесь были созданы сказочные фильмы, экранизации басен, полнометражный «Роман о Лисе» и серия фильмов о кукле Фетиш. Эти работы представляют возможность рассмотреть кукольную анимацию не как набор технических трюков, а как целостную систему образов.*на рисунке слева Старевич и куклы, архивная фотография. ок. 1929–1930

Цель исследования: показать, как конструкция кукол, ручной труд, выразительное движение и внимание к деталям позволили Старевичу создавать убедительных персонажей и целостные анимационные миры

Ключевой вопрос исследования: за счёт каких материальных и пластических решений куклы Старевича воспринимаются как самостоятельные экранные персонажи? Гипотеза состоит в том, что их убедительность возникает благодаря согласованной работе нескольких элементов: подвижной конструкции, фактуры, костюма, мимики, жеста, декорации и последовательности съёмки. Каждый из них усиливает остальные, поэтому даже небольшой наклон головы или изменение положения рук получает эмоциональный смысл.Основу анализа составляют фильмы «Голос соловья» (1923), «Волшебные часы» (1928), «Роман о Лисе» (1929–1930, годы создания изображения) и «Фетиш: талисман» (1933). Дополнительно рассматриваются «Пугало» (1921), «Стрекоза и муравей» (1927), архивные фотографии и французские публикации 1920–1930-х годов. Визуальный ряд выстроен от мастерской и конструкции куклы к её поведению в пространстве, а затем к двум разным моделям анимационного повествования: ансамблю персонажей «Романа о Лисе» и постоянному герою фильмов о Фетише.В качестве источников используются периодическая печать эпохи, архивные кадры и современные каталоги киноархивов. Изображения рассматриваются как доказательства, а не как украшение: крупные планы показывают детали конструкции и костюма, общие планы раскрывают устройство миниатюрного пространства, а сопоставление сцен помогает понять, как характер возникает из движения. Отдельно учитывается семейный характер производства. В создании фильмов участвовали дочь режиссёра Ирэн и другие члены его семьи, поэтому «оживление» куклы предстает одновременно художественным методом и результатом совместного труда.*на картинке слева Владислав Старевич с кукольными персонажами и киносъёмочной камерой. Франция, 1920–1930-е годы (предположительно).

Мастерская во Франции

После переезда во Францию в 1920 году Старевич продолжил работу с объёмной анимацией. В 1924 году он обосновался в Фонтене-су-Буа, где семейное рабочее пространство одновременно служило студией, мастерской и хранилищем созданных персонажей. Такое устройство определяло весь процесс: режиссёр мог возвращаться к одной и той же кукле, менять её облик, проверять движения непосредственно перед камерой и подбирать под них декорации.Французская пресса конца 1920-х годов описывала эту мастерскую как удивительное место, заполненное фигурками животных, фрагментами тел, костюмами и миниатюрными предметами. Эти свидетельства особенно ценны, поскольку показывают производство глазами современников, для которых сама возможность заставить куклу жить на экране ещё казалась почти чудом.*на рисунке слева: Старевич и Ирэн рядом с персонажами «Романа о Лисе». ок. 1930

Original size 1280x910

Мастерская Старевича: куклы, оборудование и участники съёмки. 1920–1930-е

Условия работы Старевича отличались от системы крупных рисованных студий. Каждый персонаж требовал взаимодействия сразу нескольких ремёсел: лепки, конструирования подвижных соединений, пошива костюма, освещения и съёмки. В небольшом коллективе границы между задачами были подвижными, а техническое решение часто зависело от художественного замысла. Поэтому происхождение выразительности персонажа нельзя отделить от процесса его изготовления.Значительная часть этого труда была коллективной. Ирэн Старевич участвовала в разработке сценариев и анимации, Анна Зиммерман работала над куклами и костюмами, а младшая дочь Жанна, известная как Нина Стар, появлялась в игровых эпизодах. Важность этого сотрудничества хорошо видна на фотографиях рядом с готовыми куклами: фигуры, которые в фильме воспринимаются как самостоятельные герои, в мастерской стоят рядом с людьми, подарившими им внешний облик и движение.

Original size 670x581

Репродукция из журнала Cinéma, май 1929 года, № 2

Original size 916x707

Иллюстрация из журнала Cinéa, 15 декабря 1923 года, № 2

Архивная страница журнала Cinéma, май 1929: репортаж о мастерской Старевича. 1929 Архивная страница Cinéa: «Les Poupées animées de Ladislas Starewitch», 15 декабря 1923

В статье журнала «La Petite Illustration Cinématographique» от 22 марта 1930 года подробно описаны принципы подвижных каркасов, работа с выражением лица и последовательное изменение положения фигур. Источник позволяет подтвердить важную для исследования мысль: техника не существовала отдельно от актёрской выразительности. Конструкция проектировалась ради конкретного жеста, а отдельный жест имел смысл только внутри сцены.*на картинке слева Иллюстрация из журнала Cinéa, 15 декабря 1923 года, № 4

Original size 678x510

Архивная иллюстрация из журнала La Petite Illustration Cinématographique, 22 марта 1930

Анатомия экранной куклы

Кукла Старевича должна была выполнять две противоречивые задачи. С одной стороны, она обязана сохранять узнаваемую форму между сотнями кадров. С другой, её голова и тело должны допускать множество небольших изменений. Поэтому выразительность начинается с конструкции. Каркас удерживает позу, соединения позволяют перемещать части тела, а внешний слой скрывает механизм и сохраняет характерную фактуру животного или сказочного существа.В кадре зритель не видит внутреннего устройства и обычно не задумывается о нём. Но возможности движения всегда выдают конструктивную логику персонажа. Одним героям подходят быстрые наклоны головы и небольшие шаги, другим необходимы широкие жесты или движение всем корпусом. Удачно спроектированная кукла не стремится двигаться как человек буквально: она использует собственные пропорции, чтобы сделать поведение убедительным.

Архивные иллюстрация из журнала La Petite Illustration Cinématographique, 22 марта 1930

Особую роль играет лицо. Положение глаз, линия рта и едва заметный поворот головы позволяют передавать внимание, страх, недоверие или любопытство. Французская пресса 1920–1930-х годов описывала как сменные детали внешности ранних кукол, так и сложные подвижные элементы головы. При этом зритель воспринимает не сам механизм, а последовательность выражений. Именно переход от одной позы к другой заставляет неподвижную материю казаться живой.Старевич не ограничивался мимикой. Костюм становился частью характеристики: ткань, мех, воротник, головной убор и миниатюрные украшения обозначали возраст, профессию и положение персонажа. На крупном плане фактура сохраняет вещественную убедительность, а на общем плане костюм помогает сразу различить героев. Материальность не мешает анимации, а делает её особенной.*на картинке слева Репродукция La Petite Illustration Cinématographique, 22 марта 1930 года, № 8

Original size 1200x866

Кукольные персонажи Владислава Старевича в миниатюрной сцене из цикла экранизаций басен Жана де Лафонтена. Франция, 1920–1930-е годы.

Original size 1280x923

«Роман о Лисе», куклы королевского двора. съёмка 1929–1930

Original size 745x474

Репродукция La Petite Illustration Cinématographique, 22 марта 1930 года, № 6

Покадровая съёмка объединяет все элементы конструкции в одно действие. После экспонирования кадра куклу необходимо едва заметно передвинуть и сохранить окружающую сцену неизменной. Когда последовательность изображений воспроизводится с нужной скоростью, отдельные статичные позы превращаются в движение. Важнее всего его точность: если жест выполняется без внутренней логики, персонаж остаётся механизмом; если изменение позы связано с намерением, возникает ощущение характера.*на картинке слева Архивная страница о мастерской Старевича в газете Excelsior, 18 января 1935

Original size 800x606

Пространство и масштаб

Кукольный персонаж не существует изолированно. Ему необходим мир, в котором можно двигаться, брать предметы, прятаться, встречать других героев. Старевич строил этот мир из миниатюрных декораций, растений, мебели и архитектурных деталей. Масштаб каждого элемента подчинялся замыслу: предмет мог казаться огромным рядом с небольшой фигурой, а тесная комната превращалась в целую сцену благодаря композиции и положению камеры.В ранних французских фильмах особенно заметно соединение игрового кино и кукольной анимации. В «Пугале» и «Голосе соловья» человеческое присутствие задаёт реальный масштаб, а миниатюрные персонажи создают пространство фантазии. На границе двух миров зритель начинает воспринимать куклу не как уменьшенную вещь, а как жителя собственной реальности.*«Пугало» / L’Épouvantail, кадр. 1921

«Голос соловья» / La Voix du rossignol, кадр. 1923 «Голос соловья», кадры окрашенной киноплёнки. 1923

Цвет и свет также работали на создание такого пространства. Тонированные эпизоды «Голоса соловья» показывают, что даже при ограниченных средствах эпохи можно было различать настроение сцены не только по сюжету, но и по её общей световой организации. При этом важнейшей частью выразительности оставались силуэты фигур и их отношения с декорацией.В фильмах по басням животные нередко получают человеческие роли, сохраняя особенности собственного строения. Это важный принцип: Старевич не просто надевает на персонажа костюм, но использует животную пластику как основу характера. Муравей, птица или лиса сохраняют узнаваемые формы, а антропоморфное действие делает их участниками человеческого конфликта. В подобных сценах выбор масштаба, движения и деталей непосредственно влияет на смысл происходящего.*на картинке слева Репродукция La Petite Illustration Cinématographique, 22 марта 1930 года, № 7

Original size 1475x1150

«Стрекоза и муравей» / La Cigale et la Fourmi, печатная иллюстрация. 1927

Original size 1280x908

Кукольная сцена с насекомыми и растительными декорациями. Подходит для анализа масштаба и детализации окружающего мира.

Original size 742x556

Фигуры и декорации к басням Лафонтена. работы 1922–1932

Эта работа с пространством особенно ясно проявилась в «Волшебных часах» (1928). Механизм часов, сказочные персонажи и крупные растения организуют кадр как самостоятельный миниатюрный мир. Изменение величин становится не техническим ограничением, а художественным приёмом. Зритель одновременно видит реальную фактуру предметов и принимает фантастические правила их сочетания.*на картинке слева «Волшебные часы» / L’Horloge magique, игровой эпизод. 1928

Кукольная анимация Владислава Старевича во Франции 1920–1939
Project created at 19.11.2026
hse.space
Unlock new opportunities in education, career, and creativity with HSE SPACE, the digital platform from HSE University. This online hub connects students, faculty, employers, and professional communities, empowering users to build dynamic digital portfolios, showcase extracurricular achievements, participate in competitions, and launch successful careers.
educational projects
extracurricular activities
startups
academic digest
We use cookies to improve the operation of the HSE website and to enhance its usability. More detailed information on the use of cookies can be fou...
Show more