Рубрикация
— Концепция
— Откуда берётся страх: нечисть в народных представлениях
— Темнота, лес и чердак: пространство детских страхов
— Страшный снаружи, добрый внутри
— Как анимация делает нечисть безобидной
— Даже у нечисти есть моральные принципы
— От врага к другу: новые отношения ребёнка и нечисти
— Заключение
Примечание:
Некороторые фрагменты фильмов требуют звукового сопровождения для лучшего понимания происходящего.
Концепция
Детские страхи — важная часть взросления и познания окружающего мира. В детстве темнота, незнакомые звуки, заброшенные пространства и фантастические существа могут казаться настоящей угрозой. То, что взрослому представляется выдумкой, для ребёнка порой становится источником сильного волнения. Особенно интересны в этом отношении образы нечистой силы: лешие, привидения, домовые, черти и другие сказочные персонажи. Они одновременно пугают и притягивают, вызывают любопытство и заставляют воображение работать.В советской анимации 1980-х годов можно встретить особое отношение к таким персонажам. Традиционно пугающие существа постепенно теряют свою зловещую природу: они оказываются добрыми, смешными, неуклюжими, одинокими или просто непонятыми. Иногда они сами пытаются казаться страшнее, чем являются на самом деле. В результате привычное представление о нечистой силе меняется: вместо опасного противника зритель видит персонажа, с которым можно познакомиться, подружиться или над которым можно посмеяться.
Обращение к советской анимации 1980-х годов позволяет рассмотреть, как в детской культуре этого времени изображались фантастическое, сверхъестественное и пугающее. С одной стороны, советская культура стремилась формировать у детей рациональное представление об окружающем мире, с другой — сказка и фантастика оставались важной частью детского досуга и художественного воспитания. Мультфильмы могли обращаться к народным поверьям и сказочным персонажам, но при этом переосмыслять их в соответствии с новыми представлениями о добре, зле, дружбе и человеческих качествах.
В результате исследования предполагается показать, что советская анимация 1980-х годов предлагает особый способ взаимодействия с детскими страхами. Нечисть в ней часто перестаёт быть воплощением опасности и превращается в персонажа, которого можно понять, принять и даже полюбить. Страх постепенно утрачивает свою силу благодаря знакомству с неизвестным, юмору и изменению привычного взгляда на фантастическое.
Откуда берётся страх: нечисть в народных представлениях
Образы нечистой силы всегда занимали особое место в русском фольклоре. Леший, домовой, кикимора, водяной и другие мифологические персонажи были связаны с представлениями людей о мире, который невозможно полностью объяснить или контролировать. Они могли обитать в лесу, воде, доме или других пространствах, находящихся на границе привычного и неизвестного. В народных рассказах встреча с такими существами нередко становилось испытанием для человека: он мог заблудиться, испугаться, потерять дорогу или столкнуться с необъяснимым событием.


[1] Иван Билибин. Баба Яга, — 1899 г. [2] Владимир Пингачев. Лешие, — 2019 г.
В советской анимации эти образы получают новое прочтение. Персонажи, которые традиционно ассоциировались с опасностью и неизвестностью, постепенно становятся героями детских историй. Их фольклорное происхождение сохраняется, но характер и функции могут заметно измениться. Леший превращается в добродушного лесного жителя, домовой становится необычным соседом, а привидение — забавным существом, которое само может испытывать страх.Такое переосмысление позволяет рассмотреть, как анимация адаптирует традиционные представления о нечисти для детской аудитории, их внешность и то, какие отношения с детьми они выстраивают.
Темнота, лес и чердак: пространство детских страхов
Страх в детском восприятии часто связан не только с конкретными существами, но и с пространством, в котором они могут появиться. Темнота, лес, чердак, подвал или пустая комната становятся местами, где привычный мир приобретает неизвестные и тревожные черты. В таких пространствах ребёнок не всегда может понять, что находится рядом с ним, откуда доносится звук и действительно ли существует опасность.Так, например, в мультфильме «Солнышонок, Андрейка и темнота», студии «Киевнаучфильм», главный герой — мальчик Андрейка, который боится темноты. Когда наступает вечер и в комнате гаснет свет, привычная обстановка начинает казаться ему опасной. Пугает все: от капающего крана, до кактуса и собственного кота.


Леонид Зарубин. Солнышонок, Андрейка и темнота, — 1980 г.
Обычный лес может казаться таинственным из-за ночного освещения, необычных теней и звуков. Чердак становится местом, где могут скрываться неизвестные существа, а темнота превращается в самостоятельный источник тревоги. При этом зритель часто знает не больше самого героя: неизвестность становится частью визуального повествования.


Леонид Каюков. Ничуть не страшно, — 1981 г. / Змей на чердаке, — 1983 г.
В мультфильме «Ничуть не страшно» (1981) два брата отправляются ночью собирать цветы для мамы, а сопровождают их привидения с чердака. Ночная дорога, пугающий лес, кусты крапивы и странные звуки сначала создают ситуацию, в которой ребёнок мог бы испугаться. Однако дальнейшее развитие сюжета разрушает первоначальное ожидание: привидения оказываются не такими опасными, как можно было предположить.


Леонид Каюков. Ничуть не страшно, — 1981 г.
Страшный снаружи, добрый внутри


Аида Зябликова. Дом для Кузьки, — 1984 г.
Одним из наиболее интересных приёмов советской анимации становится изменение привычного образа нечистой силы. Персонажи, которые в фольклоре могли вызывать страх, на экране приобретают черты, не соответствующие их традиционной репутации. Они могут быть добрыми, застенчивыми, неуклюжими или смешными. Иногда их внешний вид остаётся необычным и даже пугающим, но поведение полностью меняет впечатление о них.




[1] Геннадий Сокольский. Ивашка из дворца пионеров, — 1981 г. [2] Леонид Зарубин. Солнышонок, Андрейка и темнота, — 1980 г. [3] Сергей Олифиренко. Уважаемый леший, — 1988 г. [4] Леонид Каюков. Ничуть не страшно, — 1981 г.
Особенно ярко эта идея раскрывается в мультфильме «Уважаемый леший» (1988). По сюжету Баба-яга уговаривает доброго Лешего превратиться в кого-нибудь страшного. Сам конфликт строится на противоречии между традиционными представлениями о том, каким должен быть лесной дух, и настоящим характером героя. Леший не стремится пугать окружающих, хотя от него ожидают именно такого поведения. Его доброта становится своеобразным нарушением привычного сказочного порядка.
Сергей Олифиренко. Уважаемый леший, — 1988 г.
В «Ничуть не страшно» (1981) похожее изменение происходит с привидениями. Их появление сначала воспринимается как потенциальная угроза, но постепенно становится понятно, что они не способны причинить детям вред. Более того, в дальнейшем они сами начинают помогать братьям. Страшный образ теряет свою силу не из-за изменения внешности, а благодаря поступкам персонажей.


Леонид Каюков. Ничуть не страшно, — 1981 г.
Таким образом, советская анимация предлагает зрителю посмотреть на нечисть не как на безусловное воплощение зла, а как на самостоятельного персонажа со своими желаниями, привычками и слабостями. Страх перед ним сменяется интересом к его характеру.
Как анимация делает нечисть безобидной
