Original size 1000x1484

Социологический взгляд в кинематографе Рубена Эстлунда

This project is a student project at the School of Design or a research project at the School of Design. This project is not commercial and serves educational purposes
The project is taking part in the competition

Рубен Эстлунд — современный шведский кинорежиссёр, двукратный обладатель «Золотой пальмовой ветви» Каннского кинофестиваля за фильмы «Квадрат» (2017) и «Треугольник печали» (2022), номинированные также на премию «Оскар».

портрет Рубена Эстлунда в статье LA times, 2022

Психологические драмы и черные комедии Эстлунда насыщены социальным напрежением. В центре его фильмов — классовое, гендерное и расовое неравенство, а главное — неоднозначность обеих сторон этих конфликтов. Трагикомизм для режиисера — инструмент критического осмысления общественных норм и поведенческих моделей.

01 Социологический взгляд на кинематограф

На вопрос «Чем вы вдохновлялись?» Эстлунд чаще всего отвечает: «Социологическими исследованиями». Интерес к социологии зародился у режиссёра ещё в семейном кругу, за обеденным столом. В своих интервью он вспоминает, какое впечатление на него производили политические дискуссии между матерью, придерживавшейся коммунистических взглядов, и старшим братом, выступавшим в поддержку капитализма. В европейском контексте подобные дискуссии могут восприниматься как вполне естественные, однако в американском обществе, как отмечает Эстлунд, социалистические взгляды встречаются крайне редко: «В США социализм — запрещённое слово, и мне сложно это понять как европейцу». На западе капиталистические ценности не подвергаются сомнению, тогда как унификация взглядов непривычна для европейского общества, построенного на фундаменте разного, порой противоричевого идиологического прошлого.

Суть социологии и политических дискуссий для режиссера заключается не в выборе стороны, которую необходимо поддерживать подобно футбольной команде, а в конструктивном рассуждении о разных идеологических моделях, комбинируя их и формируя новые, актуальные для современного общесства образы мышления.

Американская культура возникает в этом разговоре как доминирующий взгляд в мировом кинематографе. Будучи выходцем из Швеции, Эстлунд сопоставляет голливудский подход с реалиями скандинавской повседневности, подвергая критике принципы классической кинодраматургии. Противопоставление героев и злодеев в массовом кино вызывает у режиссёра такое же сомнение, как и категоричная приверженность определённым идеологическим взглядам. По мнению Эстлунда, оба подхода формируют упрощённую картину мира, оставляя за её пределами сложность и противоречивость человеческой природы.Именно поэтому в его фильмах практически невозможно встретить однозначных персонажей: герои стремятся соответствовать предписанным им социальным ролям, однако постоянно сталкиваются с трудностями в этом. Тут стереотипный персонаж в кинематографе и социальная идентичность в реальной жизни подчиняются общему принципу маски и недостижимого идеала.

Социальные ожидания упрощают представление о человеческой личности. Но социология не рассматривает богатых как эгоистичных и поверстных, а бедных как доброжелательных и искренних.
Это делает кино.

В рамках лекции BAFTA Screenwriters’ Lecture Series (2023) Эстлунд рассуждает не только о сходстве социальных ожиданий и кинематографических стереотипов, но и о непосредственном влиянии кинематографа, в частности голливудской модели мира, на формирование общественных норм и поведенческих паттернов. Режиссёр ссылается на исследование, согласно которому более половины наших воспоминаний являются продуктом массмедиа. Именно на эти воспоминания мы ориентируемся в повседневной жизни, зачастую неосознанно корректируя собственное поведение.Обращаясь к концепции зеркальных нейронов, Эстлунд рассуждает о склонности человека к подражанию наблюдаемым моделям поведения. В качестве примера он приводит случаи, когда задержанные в Швеции требуют предоставить им право на телефонный звонок, воспроизводя знакомый им сценарий американских криминальных фильмов, хотя шведская полицейская процедура устроена иначе.Другим примером становится распространение среди реальных преступников манеры держать оружие горизонтально, заимствованной из американского гангстерского кино, несмотря на то что такая техника затрудняет прицеливание. Таким образом, человек воспроизводит визуальные образы даже тогда, когда подражание им иррационально. При этом сам процесс усвоения остаётся неосознанным.

«Происшествие в банке», 2010

постер к короткометражному фильму «Происшествие в банке», 2010

Рубен Эстлунд, «Происшествие в банке», 2010

Продолжая это рассуждение, Эстлунд демонстрирует в рамках лекции свой короткометражный фильм «Происшествие в банке» (2010), основанный на реальных событиях из его жизни. В основу сюжета легла попытка ограбления банка, свидетелями которой стали сам режиссёр и его друг.Происходящее совершенно не соответствует представлениям об ограблении, сформированным голливудским кинематографом: от нелепых ошибок преступников до неожиданных реакций прохожих. Грабители передвигаются на медленном мопеде, в колесо которого попадает пластиковый пакет, препятствуя дальнейшему движению. Перепутав вход в банк, они вынуждены повторно войти в роль грабителей и воспроизвести сцену со стрельбой. Тем временем двое друзей пытаются заснять происходящее и когда все закончилось их больше волнует качество зума на камере телефона, чем само ограбление.Эстлунд деконструирует привычный сценарий ограбления, демонстрируя, насколько повседневная реальность отличается от её экранной репрезентации. При этом сами участники события пытаются воспроизвести голливудские модели поведения преступников, что лишь усиливает абсурдность происходящего.

Рубен Эстлунд, «Происшествие в банке», 2010

Происшествие в банке» снято одним непрерывным общим планом на большом расстоянии. Качество напоминает VHS-запись или съёмку с камеры видеонаблюдения, создаёт ощущение документальности.В отличие от классической голливудской сцены ограбления, где монтаж и крупные планы управляют вниманием зрителя и усиливают драматическое напряжение, здесь сохранена дистанция между зрителем и происходящим. Ограбление становится лишь одним из множества событий внутри кадра. Такая композиция позволяет рассматривать происходящее не столько как криминальный сюжет, сколько как сооциальную сцену.Такой отстраненный, охватывающий взгляд камеры часто встречается в последующих фильмах Эстлунда, однако является далеко не единственным художественным приёмом, посредством которого режиссёр выражает свой социологический взгляд. Разбору подобных его методов посвящено данное исследование.

Фильмография Рубена Эстлунда насчитывает шесть полнометражных игровых фильмов, пять последних из которых станут предметом данного визуального исследования.

На материале картин, вышедших в период с 2008 по 2022 год,
я постараюсь ответить на следующие вопросы:
— В чём выражается социологический взгляд Рубена Эстлунда?
— Какими визуальными и драматургическими средствами режиссёр транслирует этот взгляд?
— Как формируется и трансформируется его режиссёрский метод на протяжении четырнадцати лет?

02 Камера как инструмент социального наблюдения

«Добровольно-принудительно», 2008

постер к фильму «Добровольно-принудительно», 2008

Рубен Эстлунд, «Добровольно-принудительно», 2008

В своих ранних фильмах Эстлунд концентрируется на исследовании коллективного поведения. Характерной особенностью этого периода становится обезличенность героев: режиссёр рассматривает человека не как персонажа, а как участника социальной группы. Внимание направлено на социальную динамику внутри мизансцены: кто демонстрирует девиантное поведение, кто обладает инструментами контроля, кто подчиняется коллективному давлению.«Добровольно-принудительно» состоит из пяти параллельных сюжетных линий, каждая из которых разворачивается в отдельной социальной среде: компания девушек-подростков, мужская компания в загородной поездке, педагогический коллектив, семейное торжество и группа пассажиров автобуса.Основной визуальный прием фильма заключается в наблюдении за пространством, а не за персонажем. В «Происшествии с банком» использовалась большая дистанция камеры, здесь, наоброт много крупных планов, но ощущение социального эксперимента, а не кино, остается. Это достигается посредством статичной камеры и фрагментарного кадрирования в сочетании с композиционным хаосом: выбираются нетипичные ракурсы, например, с затылка, часто кадрируются головы персонажей, ненужные объекты в кадре попадают в монтаж — все это скорее напоминает скрытую камеру видеогаблюдения, чем кинематографическую оптику.

Рубен Эстлунд, «Добровольно-принудительно», 2008

Например, в автобусной сюжетной линии показательна долгая сцена разговора водителя автобуса с экскурсоводом, где он делится тем, что его бросила жена, оставив записку. Мужчина показывает девушке записку, однако на протяжении всего эпизода мы видим только ее затылок и локоть водителя.Здесь ярко видна социологическая оптика, которой режиссер противопоставляет психологическую. В классическом кинематографе подобный эпизод, вероятнее всего, демонстрировал лицо водителя или собеседницы, их руки или письмо. Камера не следует за сюжетом и не стремится предоставить зрителю эмоциональную информацию.Не смотря на содержание разговора, сцена перестает быть о переживаниях героя, это скорее социальная сценка в которой на первом плане контекст автобуса. Продолжительность плана позволяет зрителю ощутить тягучесть и неловкость этого момента. Водитель может говорить о чувствах сколько хочет, ведь на время поездки его роль наделяет его определённой властью над пассажирами, которые оказываются невольными слушателями.

03 Общественное пространство как социальная сцена

В социологии город и общественные пространства занимают особое место как область исследования. Предметом изучения становится порядок взаимодействия — совокупность негласных правил и норм, регулирующих поведение людей в условиях соприсутствия. Социальные сцены внутри города анализируются как микроситуации с позиции отстранённого наблюдателя. Подобный подход отчасти напоминает этологическое наблюдение за животными в естественной среде: исследователь стремится выявить закономерности поведения и групповой организации, не вмешиваясь в происходящее.

«Игра», 2011

постер к фильму «Игра», 2011

Фильм «Игра» (2011) основан на реальных событиях и случаях подростковых ограблений, происходивших в Гётеборге в 2006–2008 годах.В центре сюжета — группа из пяти темнокожих подростков, которые посредством психологических манипуляций пытаются завладеть ценными вещами трёх других мальчиков. На протяжении нескольких часов подростки перемещаются по городу, вовлекая своих жертв в своеобразную игру, основанную преимущественно на психологическом давлении, запугивании и обмане.Городское пространство становится сценой, где Эстлунд исследует механизмы власти, расовые стереотипы, коллективное поведение. Режиссёра интересует не столько само ограбление, сколько социальные механизмы, делающие его возможным.

Рубен Эстлунд, «Игра», 2011

Социологический взгляд в кинематографе Рубена Эстлунда
Project created at 20.11.2026
hse.space
Unlock new opportunities in education, career, and creativity with HSE SPACE, the digital platform from HSE University. This online hub connects students, faculty, employers, and professional communities, empowering users to build dynamic digital portfolios, showcase extracurricular achievements, participate in competitions, and launch successful careers.
educational projects
extracurricular activities
startups
academic digest
We use cookies to improve the operation of the HSE website and to enhance its usability. More detailed information on the use of cookies can be fou...
Show more