Очерк
Молодёжный образовательный центр «Маяк» на Бердянской косе открылся, заняв территорию старого детского лагеря. Днём здесь кипит привычная жизнь современного форума: лекции, мастер-классы, интенсивы, защита проектов и плотный поминутный распорядок. У жизни есть другая сторона, тихая и свободная от расписания. Форум, может, и живёт по минутам, а запоминается тем, что остаётся за его пределами.В стороне от учебных корпусов находится костровой амфитеатр, начатый во время строительства «Маяка». В 2024 году его построили, а спустя два года, во время форума «Юг Молодой», здесь прошёл поэтический вечер, который собрал вокруг огня участников из разных городов.К вечеру амфитеатр наполняется. В центре площадки разводят костёр, на ступенях и лавочках располагаются слушатели. Восемь граней амфитеатра ориентированы по сторонам света. Рядом остаются гитары, пледы и блокноты. Здесь читают стихи, поют песни, разговаривают и знакомятся друг с другом.Так выглядел и поэтический вечер 2026 года. У костра читали стихи, звучала музыка, а после аплодисментов продолжались разговоры. Огонь освещал амфитеатр, за ним темнела Бердянская коса, а рядом шуршало море. Такая обстановка располагает задержаться до поздней ночи, послушать следующего участника или самому вспомнить хотя бы Пушкина.Днём участники «Маяка» всё время куда-то идут: на лекцию, мастер-класс, защиту проекта, поддержать друзей и знакомых на этой защите. У кострового амфитеатра маршрут заканчивается. Остаётся только присесть на привлекательном или ещё не занятом месте и наблюдать за языками пламени. А песни под гитару и чтение стихов только добавят тепла вечеру и помогут окончательно очистить голову от дневных забот.Поэтому костровой амфитеатр стоит увидеть всем, кто окажется на форуме «Юг Молодой». Можно прийти на вечернюю программу, а можно просто свернуть к огню после последнего дела. Сесть на ступенях, слушать гитару, стихи и разговоры, смотреть, как темнеет Бердянская коса за костром, и не думать о том, куда нужно идти дальше. Иногда именно такие вечера становятся тем, ради чего форум вспоминают спустя время.
Сказка «Не шути с огнем»
Центр «Маяк» стоял у воды, где ветер с моря приносил запах соленой сырости и водорослей.Сюда съехалось много талантливой молодежи, которая приехала представить социальные проекты, продемонстрировать знания и побороться за гранты на реализацию амбициозных планов.В центре жили ученики и молодые ребята, которые целыми днями учились, готовили проекты, занимались спортом и делали ещё десяток дел, от которых к вечеру в головах начинало гудеть. Еще головы кружились у тех, кто взял на себя ответственность за организацию этого важного, нужного и интересного мероприятия. Это были сотрудники центра. Они координируют логистику, встречают автобусы, дежурят по ночам, настраивают аппаратуру и отвечают за безопасность.Среди этих сотрудников работала и Лена. Она уставала сильнее многих: работа и бесконечные поручения давили на неё одновременно, часто болела голова, а солнечный свет она видела урывками. Вечерами она настолько выматывалась, что даже думать не хотела о прогулках и закатах. Коллеги звали её на «Огонёк», вечер стихов, но она от хронической усталости считала себя выше такой суеты, либо отвечала коротко и грубо, чтобы от неё отстали и она могла поспать лишний час.Каждый вечер у костра собиралась молодежь. Читали стихи, пели под гитару, а кто-то просто молча глядел на огонь. Когда у костра оставались только старшие, вот тогда начинались страшилки и смех и уже приходилось подбрасывать дрова, чтобы не замерзнуть. В одну из таких ночей кто-то рассказал:— А вы знали, что у этого огня есть хозяин? Если его разозлить, он обидится, и тогда налетит ветер с дождями и все наши дела пойдут наперекосяк!Но никто не воспринял эти слова всерьёз, потому что страшилка была старой, и все её слышали многократно.Лене порой приходилось брать дополнительные смены и подменять коллег, когда не хватало рук. Так она оказалась в оргкомитете их центра. Ребята, как раз, готовились к форуму, рисовали плакаты, выдумывали брошюры, а ещё у них была руководительница Таня, которая напоминала ужа на сковородке и не могла усидеть на месте ни минуты.С первого дня Лена Таню записала в антикумиры. Она-то свои дела делала, а Таня вечно находила к чему придраться. Лена закончила с переписыванием текста приглашения и заслуженно прилегла поспать. Таня же влетела в кабинет и, увидев спящую Лену, накрытую курткой, с ходу затрещала:
— Ты проспала планёрку, пропустила вечернюю встречу, а сейчас беззаветно спишь? Тебе что, всё равно на нас?— Ох, если бы ты знала, как мне всё равно, ты бы заплакала, — ответила Лена, не поднимая головы. — Отстань, а? Я эти ваши открытки еще вчера нарезала…— Вообще-то это были брошюры! Как ты можешь так говорить, когда мы готовим форум? К нам приедет народ со всей страны! — Таня всплеснула руками. — Ребята стараются, а ты тут сладенько сопишь!— Ну я же тоже стараюсь, — промычала Лена, явно не желая вылезать из-под нагретой куртки.И так было каждый день. Таня считала, что Лена филонит, а Лена считала, что Таня слишком печётся о простом форуме…Однажды вечером у костра после стихотворного состязания остались самые смелые, которым правила и комендантский час не писаны. Кто-то принёс гитару, кто-то колонку, но музыка мешала разговаривать, и колонку выключили. Сначала звучали анекдоты, и они были настолько плохими, что даже костёр, казалось, потрескивал от смущения. А Лена, сидевшая с подтянутыми к себе коленками, впервые за смену не думала, как бы поскорее уснуть.Потом пошли в ход страшилки, и они были такими же плохими, как и шутки, если не хуже.— При подъёме в гору он упал, и друзья его бросили, — рассказывал парень с гитарой. — И вот он там умирал в темноте и холоде, а перед смертью проклял каждого члена экспедиции. И буквально при следующем подъеме полгруппы альпинистов бесследно пропало! — Костёр треснул, искра взлетела и растворилась в чёрном небе. Лена опустила взгляд на угли, которые чуть засветились от ветра.— Ой, умираю от страха! Мою лучше послушай, — шла где-то шестая отвратительная страшилка, Лена уже расслабилась и смеялась со всеми, когда их идиллию нарушил знакомый резкий голос.— Вы чего тут!? Охрана обход начала уже, а вы не дома?Кто-то из ребят махнул рукой и сказал, что они просто шутят, что вот сейчас ещё пару раз скажут: «Чарли, Чарли, приди», — и пойдут спать. Все засмеялись, кто-то даже показательно сложил руки и произнёс это дурацкое заклинание, а потом захохотал. Таня посмотрела на них, покачала головой и ушла. Перед уходом она заметила Лену, их глаза на мгновение встретились. Никто ничего не сказал, но обе понимали, что завтра на планёрке опять начнется. Если, Лена, конечно, на неё придет.
После ухода Тани вернуться к тому же веселью не вышло. Все разошлись, как будто их ветром сдуло. Огонь погас разом, как будто кто-то задул его одним дуновением, хотя никакого ветра сегодня не было. Только Лена, которая шла последней, обернулась и посмотрела на чёрные угли, ещё секунду назад светившиеся янтарными прожилками огня.На следующее утро уже вовсю хлестал ливень. К обеду дождь только усилился. Ветер с моря стал злым и острым, дорожки между корпусами залило так, что ноги вязли, а учёбу никто не отменял…Днём всё шло наперекосяк: кто-то запинался на защите проекта, у кого-то падала презентация, техника бесилась, связь пропадала. Лена сначала думала, что это просто полоса неудач, метеозависимость или банальное совпадение последние полторы недели!Но иногда, проходя мимо кострового амфитеатра, она замедляла шаг. Яма была размыта водой, угли давно раскидало по брусчатке, и всё же ей казалось, что от неё тянет потусторонним холодом. Сегодня она остановилась и долго смотрела на чёрные угли, вспоминая, как в тот тёплый вечер искра уголька взлетела и растворилась в небе.Ночью ей приснился костёр, который горел ярко и ровно, и вокруг него сидели люди, которых Лена видела впервые. Они пели что-то тихое и протяжное. Ей захотелось подойти ближе, но ноги её словно увязли в болоте. Тогда один из сидевших сам обернулся и посмотрел ей в глаза. Лица Лена не разглядела, только отблеск огня на коже этого незнакомца придавал какие-то человеческие черты, и он пробормотал: «Ты забыла, зачем пришла». В эту ночь Лена вскочила от раската грома, а в окно всё так же стучал ливень.У оргкомитета срывались сроки, портились декорации, менялись планы, и они вынуждены были работать вместе каждый день. Однажды они поругались из-за плакатов, промокших по ошибке художников, и после этого весь день не разговаривали. Даже Таня не пыталась опять всех сплотить через какую-нибудь детсадовскую игру.Вечером девушки остались вдвоём среди испорченных декораций и Лена испуганно начала:— Это совпадение, мы просто сидели, веселились, костёр погас, погода испортилась, так бывает!
— Я тоже так думала, — ответила Таня, и в голосе её не было привычной энергии, только неуверенность и слабость. — Но искры летели не туда. В плане, искры от углей так не делают! Обычно они «вжух» и вылетев из костра тухнут! И пламя извивалось, как будто на него дул кто-то большой и сильный, хотя был полный штиль.— И угли вспыхивали ярче, — добавила Лена, хотя ей хотелось промолчать.— Значит, мы видели одно и то же, — кивнула Таня. — Значит, с ума мы не сошли, — Лена поняла, что от этого признания никуда уже не деться.Девушки шли по набережной на территории центра, когда выл ветер без компании дождя, двигались молча, вжимая шеи в воротники ветровок и пряча руки в карманах. Так, не поднимая головы, они, к своему удивлению, наткнулись на незнакомого рыбака с белыми усами, который никак не мог быть участником форума, да и на приглашенного гостя тоже походил мало. Сидел рыбак на раскладном креслице с чашкой чая и смотрел на них так, будто всю свою жизнь ждал именно их. Так как рабочего настроения не было, Таня интереса ради завела разговор:— Здравствуйте, Вы, судя по всему, местный. Но как Вы попали на территорию центра?У девочек по спине пробежал холодок. А дедуля лукаво улыбнулся, направив взгляд то на берег с причаленной лодкой, то на девочек. Тогда они выдохнули, и Таня спросила:— Вы слышали что-нибудь про хозяина огня и его обидчивость?— Это просто страшилка, — сказал он, пожимая плечами. — Я не думаю, что такую великую стихию, как огонь, можно «обидеть».— А если возможно? — подала голос Лена.— Огонь не обижается, а просто уходит, когда его перестают ценить и уважать. И когда он перестаёт гореть, то и всё остальное перестаёт действовать. — дедуля подсёк удочку и в момент вытащил из воды жирную рыбину. — Я вот неуважения ни к кому не проявлял и не обижал никого! Ну а если вам совсем тяжело стало, соберитесь у места, где последний раз жгли костер и вспомните, для чего вообще людям был дан огонь.Девушки переглянулись, поблагодарили рыбака и повернули обратно к центру. Но не успели они пройти и нескольких шагов, как за спиной раздался тихий шорох. Они обернулись и увидели лишь пустой раскладной стульчик.— Мы же обе его видели? — сглотнула Лена.
— Видели, — Таня внезапно хохотнула и помотала головой. — И поэтому предлагаю об этом много не думать! У нас «Юг Молодой» на носу, нам нельзя сейчас… — она резво зашагала.— Пожалуй, я с тобой соглашусь…Первым делом Лена с Таней пошли искать ребят с той роковой посиделки. Нашли хозяина гитары, настраивавшего новую струну.— Как думаешь, хозяин или хозяйка огня всё же существует?— Я про него слышал когда-то, — парень дёрнул струну. — Но не думаю, что это правда. Ну так, просто байка, чтобы дети в огонь мусор не кидали.— А теперь? — спросила Лена.Парень промолчал, глядя на три пачки испорченных струн. Лена с Таней переглянулись и пошли дальше искать остальных.— Мы сидели там и ржали над страшилками, пытались вызывать всякую нечисть, — сказала Лена. — Получается, пренебрегли тем, для чего нужен огонь, и он ушёл?— Рыбак именно это и говорил, — ответила Таня. — Огонь не обижается, а просто уходит, когда его перестают ценить и уважать. Только вот как нам его обратно позвать?Девушки остановились посреди помещения. Таня осматривала взмокшие плакаты на стенах, Лена перебирала протекшие на столе баночки гуаши, а гитарист уже ушёл, оставив в помойном ведре клубок испорченных струн. Таня посмотрела на плакат о безопасных пикниках и вдруг задержалась возле него.— Нам надо как-то это исправить. Извиниться, что ли. Только как вообще извиняются перед огнём?— Люди у костра всегда что-то делали, — сказала Лена. — Готовили, грелись, сушили одежду, пели, стихи читали, танцевали в конце концов. Может быть, дело в этом.Таня резко развернулась к Лене.— Слушай, у нас же всё равно будет форум «Юг Молодой». Можно сделать вечер у костра и вписать его в программу. Будем распалять огонь, петь, читать стихи, танцевать, как люди делали это много лет. Если погода хотя бы немного позволит, разожжём костёр в амфитеатре.
— Ты хочешь через официальное мероприятие извиниться перед духом огня?— А почему нет? — сказала Таня. — Скажем, что это такая традиция. Никто и не поймёт, что мы всерьёз пытаемся вернуть огонь.— А если не сработает?— Тогда хотя бы попробуем. Всё равно форум никто из-за дождя отменять не собирается.
Погода доконала всех жителей «Маяка», несмотря на это, форум шёл своим чередом. В последний вечер в программу вписали костёр в амфитеатре. К вечеру туда стянулись ребята, кто-то принёс гитару, кто-то пледы, кто-то прихватил оставшиеся сладости из столовой. Старшие разожгли огонь, но тот поначалу горел нехотя, едва освещая собравшихся.— Ну что, раз уж мы все здесь, предлагаю официально объявить вечер песен у костра открытым! — прокричала она.Первую песню подхватили неуверенно, но вскоре голоса становились всё громче. После каждой песни раздавались аплодисменты, и костёр, будто подхватывая настроение, разгорался сильнее. Вскоре его пламя освещало весь амфитеатр.Песни одна другую, ребята смеялись, подпевали и не хотели расходиться. Вечер получился именно таким, каким должен был быть последний вечер форума — шумным, тёплым, душевным и полным улыбок.Погода на следующий день наладилась, форум прошёл идеально, Лена и Таня закончили оформление вместе, и когда вечером снова собрались у костра, Лена захотела остаться и помочь Тане красиво завершить вечер.Делай, что должно и будь, что будет…»…Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались…»Каждое сказанное слово имеет посыл, свою энергетику. И даже если ты, шутя сказал что-то неподобающее, у тебя всегда есть шанс это исправить — признать свою ошибку, найти в себе силы извиниться и вернуть расположение человека или, как в нашем случае, стихии — ОГНЯ.
