[1]
об исследовании
Выбор темы визуального исследования был обусловлен двумя причинами. Во-первых, на него повлияли личные впечатления от путешествия по курортным городам, о которых будет сказано ниже. Особенно меня поразило, что в ряде городов сохранились дома начала XX века, которые со временем были переосмыслены и приспособлены под нужды местных жителей. Так, бывшие летние виллы становились коммунальными домами, а курортные отели — корпусами санаториев. Во-вторых, важным стимулом к исследованию стал открытый архив исторических фотографий, привязанных к конкретной местности (ссылка). Это вызвало интерес к тому, как через определённый комплекс образов и стереотипов конструируется описание города в Восточной Пруссии и в СССР.
В рамках курса «Одержимость местом: философия и производство пространства» было решено сосредоточиться на анализе материалов, посвящённых двум курортным городам — Светлогорску (Раушену) и Зеленоградску (Кранцу). Эти города чаще других упоминаются в источниках обеих стран благодаря развитой инфраструктуре, сохранившейся даже после военных действий. В качестве материала для исследования использовались путеводители, открытки, фотоальбомы, рекламные издания и другие небольшие печатные источники, созданные в Восточной Пруссии и СССР.
пространство курорта
Открытки «Брайтон» [2], «Пляж Саут-Сэндс, Скарборо» [3]. Англия, начало XX века
В европейской культуре прибрежные города воспринимались как по большей части как пространство торговли, рыболовства или как промежуточное место. Их удаленность от политических центров делала невозможным (за редким исключением) путешествие, пребывание и отдых для всех, кроме высшего класса. Ключевой сдвиг начинается в конце XVIII века в Британии из-за комплекса факторов.
Промышленная революция и активный рост городов способствовали появлению среднего класса с деньгами и свободным временем. Однако из-за высокой плотности населения в городах начинают ухудшаться санитарно-гигиенические условия, что способствует формированию более внимательного отношения к вопросам здоровья. Хотя врачи и раньше отмечали целебное влияние морского побережья, включая воздух и купание, на лечение различных заболеваний, со временем рекомендации трансформировались в модное времяпрепровождение с оздоровительным эффектом.
Развитие транспортной инфраструктуры, включая железные дороги и пароходные линии, сделало поездки быстрее и дешевле, что, в свою очередь, способствовало росту потока людей, стремящихся покинуть задымлённые города и отправиться на природу. Постепенно отдых за пределами города перестаёт быть привилегией элиты, и если ранее морские курорты носили локальный характер, то впоследствии пляжи становятся регулярным направлением путешествий.
[4]
Развитие инфраструктуры и сферы услуг в одних странах поощрялось государством, в других — формировалось под влиянием спроса, что побуждало инвесторов вкладываться в строительство гостиниц, банных комплексов и объектов культурно-досуговой инфраструктуры (таких как ипподромы и теннисные корты). Также следует отметить рост спроса на путеводители, открытки и рекламную продукцию, связанный с развитием массовой печати. Это не только способствовало привлечению инвесторов и туристов, но и формировало образ и «историю» курортных мест.
пеространство не «дано природой», оно производится обществом — через практики, архитектуру, идеологию, изображения. Representational spaces (пространства образов) к пространство переживается и воображается: цитата
[2] — [3]
Развитие курортов в Пруссии в основном двигалось от лечебного морского курорта к благоустроенному курортному городу и процесс происходил медленнее, чем в Британии. Сначала это были небольшие рыбацкие поселения, затем они становились местами сезонного отдыха для состоятельных слоёв населения, а к концу XIX — началу XX века превращались в полноценные курортные города с гостиницами, набережными, прогулочными маршрутами, транспортом и мероприятиями, привлекающими отдыхающих Германии, России, Польши.Таким образом, курорт переставал быть исключительно местом лечения и купания.
курорт пруссии
Кранц (Зеленоградск) развивался как более ранний и более «практичный» курорт: сначала появились купальные сооружения, затем гостиницы, рестораны и инфраструктура для гостей, а позже — железнодорожное сообщение, резко увеличившее доступность курорта для жителей Кёнигсберга и других городов. К началу XX века он уже стал крупнейшим морским курортом побережья с устойчивым потоком отдыхающих и заметным ростом населения.
Раушен (Светлогорск) приобрёл статус курорта несколько позже и особенно активно застраивался на рубеже XIX–XX веков после появления железнодорожного сообщения.
Репрезентация курортов, пляжей, променадов и архитектуры в визуальных образах имела чрезвычайно важное значение для восприятия и культурного моделирования этих мест. Например, открытки и фотографии песчаных пляжей и променадов демонстрировали природу, ожидавшую будущих посетителей. Изображения отелей и вилл работали эффективнее любой текстовой рекламы, показывая арендаторам комфортабельные условия отдыха у моря.
Брошюры как немецкого периода, так и времён Российской империи изобиловали описаниями местности с акцентом на лечебные качества воздуха и морских купаний, а также содержали сведения о ценах на услуги и гостиницы. Во многих текстах подчёркивалось, как рыбацкие посёлки Кранц и Раушен превратились в благоустроенные курорты с электричеством, водопроводом и канализацией.
В рекламных брошюрах также указывались адреса аптек, врачей и основных развлечений курорта, формируя образ доступного балтийского курорта для туристов разного достатка. Путеводители упоминали и другие курорты балтийского побережья, до которых можно было добраться, причём особый акцент делался на недавно построенной железной дороге как главном средстве сообщения.
Исторические справочники уделяли основное внимание описанию природы, климата и животного мира региона.
В литературе для детей заметнее проявлялся интерес к мифам и историческим сюжетам местности, которые с приближением 1930-х годов приобретали всё более выраженный политический подтекст.
Передо мною расстилалась гладь светло-голубого, спокойного моря. На горизонте изредка показывалась какая-нибудь рыбачья лодка. <…> Налево от меня, вдали совсем, виднелась набережная Кранца. Публики на берегу и в воде почти уже не было. Все, вероятно, теперь гуляли в парке. Направо расстилалась по низменному песчаному берегу бесконечная балтийская дюна.
Вечером на набережной было многолюдное гулянье с музыкой. Прибрежные рестораны, курзалы и павильоны были весело освещены и битком набиты публикой.
советский курорт (года)
Открытки пляжа г. Светлогорск. Начало XX века [2]; 1975 г. [3]
ссср убирает буржуазную лексику, заменяет элитарность на массовость, переводит «аристократический отдых» в «оздоровление трудящихся». Большинство книг и брошюр, а также фотоальбомов времен сср показывают как край развивается, каикие новые санатории строятся и лагеря для летей. как красиво можно отдохнуть в новом красивом санатории и поправить здоровье. указывается новые заводы оп рыбному промыслу и янтарю. курорты в ссср выставляются как доступные каждому, а отдых воспринимается только со тороны покправики здоровья. то есть оттутсвие каких-либо продуктивных действий, например просто лежаение целый день на пляже в нарративе рекламных брошюр не подразумевается.
являлось главным курортным домом — Курхаусом (нем. Kurhaus Ostseebad Georgenswalde). Это было курортное здание дворцового типа с рестораном и номерами, служившее центром светской жизни. В настоящее время в здании бывшего курхауса размещается 2-й корпус детского пульмонологического санатория «Отрадное».
Заключение
Мы подходим к определенным пространствам с ритуальной дистанцией святилища, потому что относимся к ним так же, как и к людям. Мы чувствуем в них духи — призраков, находящихся внутри. Опыт места — это опыт людей, и для нас нет ничего более святого.
сравнительное заключение отображения в открытках и описательного языка обоих периодов Майкл Белл в статье The Ghosts of Place (1997) описывает «призраков места» как формы присутствия прошлого в ландшафте, памяти и повседневном опыте, когда исчезнувшие люди, события или культурные слои продолжают ощущаться в пространстве.
Consuming Places — John Urry. Consuming Places. London: Routledge, 1995.
The Tourist Gaze — John Urry. The Tourist Gaze: Leisure and Travel in Contemporary Societies. London: SAGE Publications, 1990.
La production de l’espace — Henri Lefebvre. La production de l’espace. Paris: Éditions Anthropos, 1974 (Рус. изд.: Лефевр А. Производство пространства. М. : Strelka Press, 2015.)
Архитектура морских курортов Калининградской области / [Электронный ресурс]. — Режим доступа: https://prussia.online/books/ (дата обращения: 20.05.2026).
Key Texts in Human Geography / под ред. Phil Hubbard, Rob Kitchin, Gillian Valentine. — London: SAGE Publications
Bell M. M. The Ghosts of Place // Theory and Society. — 1997. — Vol. 26, No. 6. — P. 813–836. — Режим доступа: https://dces.wisc.edu/wp-content/uploads/sites/128/2013/08/bell-1997-ghosts.pdf (дата обращения: 19.05.2026).
Энгельмейер А. К. По русскому и скандинавскому Северу: Путевые впечатления: В 4-х ч. — М.: Тип. Г. Лисснера и А. Гешеля, 1902. — XIV, 210 с. — [Электронный ресурс]. — Режим доступа: https://prussia.online/ (дата обращения: 20.05.2026).
