Рубрикатор
- Концепция
- Визуальный ряд: — Открытость и уязвимость — Красота и угроза — Человек и группа — Привычное и чужое
- Вывод
Концепция
Страх в кино часто связывается с темнотой, пустыми помещениями и невозможностью разглядеть то, что находится рядом с героем. Дневной свет позволяет рассмотреть окружающий мир и обычно воспринимается как условие безопасности. Солнечный пейзаж, тихая улица или знакомый дом тоже могут вызывать страх. Меня интересует, как пространство сохраняет свой привычный вид, но постепенно начинает восприниматься как опасное. Этим интересом обусловлен выбор темы исследования.

«Твин Пикс: Огонь, иди со мной», Дэвид Линч, 1992
Гипотеза заключается в том, что видимость мира не обязательно дает герою контроль над ситуацией. Свет может подчеркивать его уязвимость, отсутствие укрытий и зависимость от других людей. Тревога возникает из несоответствия между внешним спокойствием места и тем, что в нем происходит. Зритель видит пространство, но постепенно перестает доверять его привычному облику.
Материал исследования составляют фильмы «Плетеный человек» Робина Харди (1973), «Твин Пикс: Огонь, иди со мной» Дэвида Линча (1992) и «Солнцестояние» Ари Астера (2019). Картины позволяют сравнить разные места: сельское поселение, открытый природный ландшафт и повседневное окружение города. Для визуального ряда будут отобраны кадры и последовательности, показывающие изменение восприятия пространства. В центре внимания окажутся освещение и цвет, масштаб фигуры относительно окружения, расположение персонажей, направление их взглядов и границы кадра. Сопоставление моментов одной сцены позволит проследить, как спокойная обстановка приобретает тревожный смысл.
Структура исследования построена вокруг способов создания дискомфорта днем: открытого пространства, отношений человека и группы, изменения привычных мест. Каждый раздел объединит примеры из разных фильмов. Это позволит сравнить, как сходные визуальные решения работают в разных условиях и какую роль в них играет дневной свет. Через анализ визуального ряда я постараюсь показать, как хорошо видимое пространство становится источником тревоги и почему возможность видеть не всегда означает возможность чувствовать себя в безопасности
Визуальный ряд
Открытость и уязвимость
Открытое место становится тревожным, когда видимость не дает возможности действовать.


«Плетёный человек», Робин Харди, 1973 / «Солнцестояние», Ари Астер, 2019
В «Плетеном человеке» открытый берег виден изнутри плетеной фигуры, куда помещен Хоуи. Деревянная стойка на переднем плане перекрывает вид на людей снаружи: пейзаж хорошо различим, но физически недоступен. В «Солнцестоянии» верхний ракурс тоже открывает устройство всего места. Белые фигуры образуют регулярный рисунок, а темная группа гостей стоит отдельно. Несмотря на кажущуюся доступность всего пространства, повлиять герои на него неспособны.


«Солнцестояние», Ари Астер, 2019
Человек на вершине скалы показан маленькой фигурой среди камня и неба; следом крупный план Дэни выделяет ее испуг. Обрыв хорошо различим, но именно ясность высоты делает происходящее страшным. Свет не скрывает источник опасности и не уменьшает расстояние между наблюдающим и тем, на что он смотрит.
«Твин Пикс: Огонь, иди со мной», Дэвид Линч, 1992
Открытый салон создает обманчивое ощущение свободы. Лиланд и Лора оказываются зажатыми между машинами, что усиливает чувство дискомфорта. Здесь тревога возникает внутри пространства, которое внешне остается открытым.


«Твин Пикс: Огонь, иди со мной», Дэвид Линч, 1992
Лора и Лиланд оказываются в уязвимом положении: движение машины ограничено, а открытый салон не позволяет отгородиться от Джерарда. Он приближается почти вплотную, вторгаясь в их личное пространство. Ощущение безысходности усиливает напряжение: герои видят происходящее, но не могут прекратить нежелательный контакт. Хорошо освещённая улица начинает восприниматься как ловушка, в которой открытость делает человека ещё более незащищённым.
Красота и угроза
«Плетёный человек», Робин Харди, 1973
В «Плетёном человеке» ритуал происходит в живописном пространство: зеленая лужайка, длинные тени камней, яркие костюмы. Такая упорядоченность делает происходящее похожим на представление. Но праздничное оформление не раскрывает какое место отведено в нем человеку. Декоративный облик роли постепенно расходится с тем, как участники церемонии обращаются с героем.


«Плетёный человек», Робин Харди, 1973
Маска Панча заменяет лицо Хоуи неподвижным рисунком с выпуклыми глазами и улыбкой. Надев этот костюм, он рассчитывает присоединиться к шествию неузнанным. Позднее жители снимают с него праздничную оболочку и удерживают силой. Контраст между изображенным весельем маски и принуждением делает костюм частью ужасного праздника. Его декоративность существует внутри обряда, который герой не контролирует.


«Солнцестояние», Ари Астер, 2019
Желтый храм у Астера имеет простую треугольную форму и заметное положение на фоне зелени. Сначала это яркий ориентир внутри поселения; в финале то же здание горит вместе с принесенными в жертву людьми. Сопоставление передает изменение значения узнаваемой формы.


«Солнцестояние», Ари Астер, 2019
В общем плане цветы почти полностью замещают силуэт Дэни; перед горящим храмом остается яркая неподвижная масса. При переходе к крупному плану становится различимо лицо внутри этого убранства. Декоративная оболочка затрудняет восприятие живого тела, сохраняя открытым лишь его небольшой фрагмент. Как костюм Хоуи, праздничный наряд выделяет героиню и одновременно связывает ее с происходящим обрядом. Красота превращается в уродство из-за соседства с насилием и невозможностью контролировать ситуацию.
Человек и группа
«Плетёный человек», Робин Харди, 1973












