Перед железнодорожным вокзалом Саранска на цилиндрическом постаменте установлена фигура всматривающегося в небеса молодого мужчины-авиатора. Памятник, над которым работали скульптор Алексей Письменный и архитектор Алексей Душкин, посвящен экипажу стратостата «Осоавиахим-1», разбившегося 30 января 1934 года.
Первоначально скульптуру планировалось установить на месте падения стратостата в деревне Потиж-Острог, переименованной в 1939 году в Усыскино, но затем выбор пал на столицу Мордовии. В расположенной в 70 км от Саранска деревне, где проживает ныне 49 человек, есть свой мемориал аэронавтам.
По дороге в городок Инсар на холме стоит воссозданная копия гондолы стратостата. В ней трое энтузиастов — командир Павел Федосеенко, бортинженер Андрей Васенко и научный сотрудник Илья Усыскин — сначала установили мировой рекорд высоты, а потом встретили свою смерть.
Копия гондолы стратостата рядом с г. Инсар (слева). Мемориал аэронавтам в посёлке Усыскино (справа)
Первая часть полета, начавшегося в подмосковном Кунцево, проходила в штатном режиме. Проблемы возникли после того, как стратостат, поднявшись на высоту 22 километров, приступил к снижению.
В дело вмешались погодные факторы — разогревшийся на солнце воздушный шар спускался слишком медленно. Световой день подходил к концу, а «Осоавиахим-1» все еще находился на высоте 14300 метров. После захода солнца температура окружающего воздуха и газа в оболочке сравнялись, и сдувающийся воздушный шар устремился вниз со скоростью 15 метров в секунду.
Экипаж не успел среагировать на происходящее и сбросить имевшийся на борту балласт, поскольку отказали все приборы — сел аккумулятор. На высоте около 2 километров стропы оборвались, и круглая гондола, вращаясь во все стороны, понеслась вниз. Выбраться наружу и воспользоваться парашютом было невозможно. В 16:23 «Осоавиахим-1» врезался в землю.
Отправленная на место падения стратостата комиссия столкнулась с непредвиденными сложностями: «Самое поверхностное следствие затруднялось полным отсутствием связи в районе катастрофы у селения Потиж-Острог, суровой снежной погодой, наступившей темнотой, путанными, противоречивыми показаниями местного населения, а главное тем, что пока местные власти приступили, согласно указаний из Москвы, к сохранению в неприкосновенности картины катастрофы, местное население, проявив инициативу, сломало люк гондолы, вытащило наружу остатки трупов, мелкие остатки приборов и т. п. Улетевшую оболочку стратостата растащили по частям окрестные крестьяне». В конце концов изуродованные тела аэронавтов, документы, остатки приборов, фрагменты оболочки и саму гондолу погрузили на поезд и отправили в столицу.
Там за расследование взялись специалисты, которые пришли к неутешительному выводу: «полет был обеспечен до высоты 19.500 м. Подъем на высоту 20.500 м при всей напряженности не создавал угрозы аварии; подъем до 22.000 м неизбежно вел к аварии». В докладе также высказывались некоторые претензии к конструкции стратостата и контролю за работами по его изготовлению. Чтобы не волновать общественность, доклад строго настрого засекретили, а урны с прахом погибших со всеми почестями захоронили в Кремлевской стене.
