Original size 1140x1600

Устройство иных миров или людям вход воспрещён.

PROTECT STATUS: not protected
This project is a student project at the School of Design or a research project at the School of Design. This project is not commercial and serves educational purposes
The project is taking part in the competition

Рубрикатор:
1. Концепция.
2. Зеркало.
3. В пределах разумного.
4. За гранью.
5. Библиография.

1. Концепция.

Около двух тысяч лет назад римский энциклопедист Плиний Старший записал: «На крайних пределах Индии, на востоке, близ истока Ганга, обитает племя астомов, у которых нет рта […] Живут они только дыханием и запахами, которые втягивают ноздрями». Даже для образованного Плиния и Мегасфена, на которого он ссылается, далёкая Индия представлялась настолько другим миром, что там не работали привычные человеку правила биологии. Далее Плиний описывает народы, передвигающиеся на одной большой ноге, и людей, которые рождаются старыми, а умирают молодыми.На протяжении всей истории человечества неизвестное порождало самые причудливые образы. Там, где заканчивались знакомые земли, начинались владения удивительных существ и неисследованных племён. Для барона Мюнхгаузена на Луне обитали мухи величиной с овцу, а яблоки были не меньше арбузов. Но по мере того, как географические открытия сменяли мифы, а наука объясняла всё больше явлений, границы неизвестного двигались всё дальше. Когда-то человека интересовало, что находится за горами на горизонте, в XVIII веке он засматривался на Луну, а сегодня писатели-фантасты отправляют нас в другие вселенные и измерения.Но насколько далеко может зайти фантазия автора? Может ли он полностью отказаться от привычных законов биологии, социума, физики и даже логики? Придумать планету, где время течёт вспять, а разумные существа не обладают сознанием, не так уж сложно. Гораздо труднее представить, как там устроена повседневная жизнь. Могут ли её обитатели помнить прошлое, строить города, создавать цивилизации? Даже в самых необычных мирах мы часто встречаем знакомые порядки: их жители торгуют, воюют и борются за власть. Получается, меняется внешний облик, но не всегда само устройство мира. Впрочем, в «Солярисе» Станислава Лема человечество сталкивается с разумом, который не может понять, а в манге BLAME! Цутому Нихэя архитектура разрастается до таких масштабов, что человек почти теряется среди сооружений.

big
Original size 1443x1017

The story of geographical discovery: how the world became known Jacobs, Joseph, 1854-1916 New York: D.

В своём визуальном исследовании я хочу разобраться, как авторы создают миры, существующие по иным законам, и что от нашей реальности в них всё-таки остаётся. Для этого я выбираю книги, фильмы, комиксы и видеоигры, в которых необычные условия не просто служат декорацией, а определяют жизнь обитателей, их общество, архитектуру и окружающую среду. Меня интересуют произведения разных стран и эпох, но прежде всего те, в которых устройство чужого мира можно увидеть, а не только прочитать о нём.Исследование разделено на три главы по степени удаления от привычной реальности. В первой, «Зеркало», я рассматриваю миры, в которых изменилось одно или несколько привычных условий: перенаселённые города «Зелёного сойлента», общественные порядки «Кин-дза-дза!» и Зону из «Пикника на обочине» и «Сталкера». Во второй, «В пределах разумного», речь пойдёт о мирах, чьи необычные условия существования определяют облик их обитателей и устройство цивилизаций: «Дюна», «Дикая планета», «Яйцо дракона» и «Вангеры». Наконец, третья глава, «За гранью», посвящена мирам, в которых под вопросом оказываются привычные представления о пространстве, разуме и самой жизни: «Солярис», «Ложная слепота», BLAME! , Godhusk, Scorn и «Кодекс Серафини».Основой исследования станет сравнение изображений: ландшафтов, архитектуры, обитателей, технологий и предметов быта. Я буду смотреть, как изменения законов мира отражаются в его облике и какие привычные формы авторы сохраняют. Литературные первоисточники помогут разобраться в установленных правилах, экранизации и иллюстрации — увидеть их интерпретацию. Интервью с авторами и исследования фантастики я буду использовать для понимания замысла и исторического контекста, не подменяя визуальный анализ пересказом сюжета.

Главный вопрос исследования — насколько далеко человеческая фантазия может отойти от знакомых законов, сохранив возможность представить и понять созданный мир? Сравнивать произведения я буду по тому, какие законы в них изменены, насколько мир понятен, враждебен ли он человеку и осталось ли в нём для человека место. Моя гипотеза заключается в том, что чем дальше мир от наших законов, тем сильнее он удивляет, но тем слабее пугает по-человечески. Возможно, самый страшный мир — не тот, где всё совершенно чужое, а тот, в котором изменилось лишь одно правило, зато всё остальное мы узнаём.

Original size 1920x1608

Camille Flammarion’s L’atmosphère : météorologie populaire (Paris: Hachette, 1888), p. 163

2. Зеркало.

В этой главе мы рассматриваем миры, которые ещё легко узнать. Здесь живут обычные люди, существуют знакомые города, государства и общественные отношения. Однако достаточно изменить одно условие, чтобы привычная реальность начала приобретать совершенно иной облик.

В 1966 году Гарри Гаррисон написал роман «Подвиньтесь! Подвиньтесь!», в котором представил Нью-Йорк конца XX века, страдающий от перенаселения и нехватки ресурсов. Никаких инопланетян, необычных физических законов или фантастических технологий здесь нет. Перед нами всё тот же город, только людей в нём стало слишком много. Улицы заполнены толпами, жильё превратилось в роскошь, а привычные продукты питания стали недоступны большинству населения.

Original size 1817x767

Зелёный сойлент [Soylent Green]: художественный фильм / реж. Р. Флейшер; сцен. С. Р. Гринберг; оператор Р. Х. Клайн. — США: Metro-Goldwyn-Mayer, 1973.

В 1973 году по мотивам романа вышел фильм «Зелёный сойлент», в котором мир Гаррисона приобрёл зримое воплощение. Люди спят на лестничных площадках, за продуктами выстраиваются огромные очереди, а город утопает в грязно-жёлтом смоге. Однако фильм добавляет к истории ещё одну ужасающую деталь: пищевой продукт, которым питается население, производится из человеческих останков. В оригинальном романе этого не было.

Original size 1811x754

Зелёный сойлент [Soylent Green]: художественный фильм / реж. Р. Флейшер; сцен. С. Р. Гринберг; оператор Р. Х. Клайн. — США: Metro-Goldwyn-Mayer, 1973.

Похожую проблему рассматривает Джон Браннер в романе «Всем стоять на Занзибаре» 1968 года. Но если Гаррисон показывает прежде всего физическую нехватку пространства, то Браннер исследует, как перенаселение меняет общество, политику и повседневную жизнь. В обоих случаях для создания пугающего будущего авторам не потребовалось изобретать новые законы природы — достаточно было довести уже существующие проблемы до крайности.

В фильме «Кин-дза-дза!» двое советских граждан оказываются на далёкой планете Плюк. Здесь есть космические корабли, развитые технологии и разумные обитатели, однако общество устроено по совершенно абсурдным правилам. Люди делятся на чатлан и пацаков, социальное положение определяется в том числе цветом штанов, а обыкновенные земные спички оказываются чрезвычайно ценным товаром.

Кин-дза-дза! : художественный фильм / реж. Г. Данелия; сцен. Г. Данелия, Р. Габриадзе; оператор П. Лебешев. — СССР: Мосфильм, 1986.

Самое интересное, что за всей этой нелепостью скрываются вполне знакомые человеческие отношения: неравенство, жадность, стремление к власти и желание унизить того, кто находится ниже по социальной лестнице. Даже архитектура и техника Плюка выглядят не столько инопланетными, сколько старыми и изношенными, словно цивилизация научилась путешествовать между звёздами, но так и не смогла решить собственные общественные проблемы.В отличие от миров Гаррисона и Браннера, здесь изменились не столько условия жизни, сколько правила, по которым люди оценивают друг друга. И хотя порядки Плюка кажутся нам совершенно нелепыми, сами отношения между его жителями оказываются пугающе узнаваемыми.

Сталкер: художественный фильм / реж. А. Тарковский; сцен. А. Стругацкий, Б. Стругацкий; оператор А. Княжинский. — СССР: Мосфильм, 1979.

В повести братьев Стругацких «Пикник на обочине» человечество сталкивается с последствиями посещения Земли инопланетянами. После их ухода остаются Зоны — территории, наполненные непонятными предметами и опасными явлениями. При этом сама Земля не изменилась: за пределами Зон продолжается обычная человеческая жизнь.

Стругацкий А. Н., Стругацкий Б. Н. Пикник на обочине: повесть // Аврора. — 1972. — № 7–10. Неопубликованные иллюстрации.

В фильме Андрея Тарковского «Сталкер» Зона приобретает совершенно иной облик. Вместо очевидно фантастического пространства мы видим заброшенные здания, затопленные помещения и заросшие травой промышленные сооружения. Опасность здесь практически невозможно увидеть, и потому даже самый обыкновенный пейзаж начинает вызывать тревогу.

Сталкер: художественный фильм / реж. А. Тарковский; сцен. А. Стругацкий, Б. Стругацкий; оператор А. Княжинский. — СССР: Мосфильм, 1979.

Разумеется, приведёнными примерами список таких миров не ограничивается. В «Дитя человеческом» человечество теряет способность к размножению, в «Дне триффидов» привычный порядок рушится после массовой слепоты, а в «Гаттаке» развитие генетики приводит к появлению новой общественной иерархии. В Half-Life 2 знакомые восточноевропейские города оказываются под властью инопланетных захватчиков, а в Death Stranding даже обыкновенный дождь становится смертельно опасным.

Original size 1920x1040

Дитя человеческое [Children of Men]: художественный фильм / реж. А. Куарон; сцен. А. Куарон — Великобритания, США, Япония: Universal Pictures, Strike Entertainment, 2006.

Original size 1366x768

The Day of the Triffids (1962) // The Encyclopedia of Fantastic Film and Television.

0
1/3

Half-Life 2 [Электронный ресурс]: компьютерная игра / разработчик и издатель Valve. — США: Valve, 2004.

Все эти произведения объединяет одна особенность: их авторам не потребовалось создавать совершенно новую Вселенную. Достаточно было изменить одно или несколько условий, чтобы привычные города, природа и общество начали существовать по другим правилам. Причём чем больше окружающий мир напоминает наш собственный, тем легче представить себя на месте его обитателей. Возможно, именно поэтому такие миры оказываются особенно тревожными: мы узнаём в них собственную реальность и понимаем, насколько мало нужно, чтобы она стала чужой.

3. В пределах разумного.

Но что, если мы покинем Землю и отправимся в миры, где человек никогда не жил? Миры, в которых вместо привычных лесов простираются бесконечные пустыни, а обитатели вынуждены приспосабливаться к совершенно другим условиям существования. На первый взгляд такие планеты могут показаться чужими и непонятными, однако стоит присмотреться, и в их устройстве обнаруживается вполне знакомая логика. Ведь даже самая необычная форма жизни должна каким-то образом добывать энергию, размножаться и взаимодействовать с окружающей средой, а цивилизация — приспосабливаться к условиям, в которых она возникла.

Original size 1147x860

Дюна [Dune]: художественный фильм / реж. Д. Вильнёв. — США: Warner Bros. Pictures, Legendary Pictures, 2021.

Устройство иных миров или людям вход воспрещён.
Project created at 19.11.2026
hse.space
Unlock new opportunities in education, career, and creativity with HSE SPACE, the digital platform from HSE University. This online hub connects students, faculty, employers, and professional communities, empowering users to build dynamic digital portfolios, showcase extracurricular achievements, participate in competitions, and launch successful careers.
educational projects
extracurricular activities
startups
academic digest
We use cookies to improve the operation of the HSE website and to enhance its usability. More detailed information on the use of cookies can be fou...
Show more