Found Sounds в творчестве Fred Again

В дискографии Фрэда Гибсона лежит трек, который называется «Nathan (still breathing)» из альбома Actual Life 3. Он нашёл его листая ленту в тиктоке, наткнулся на видео парня из Индианы, который напел строчки о любви и подписал: «отправь это лучшему другу».

Фред взял этот голос, изменил тональность, добавил инструментал, пропустил через все этапы создания трека и получился один из самых эмоционально-чувственных на альбоме. Нейтан не знал, что его запись кто-то слушает с такой целью. И его имя оказалось в названии трека. Именно так Fred Again часто применяет found sounds в своем творчестве — именно такой прием я хочу исследовать.

Found sounds — это звуки, которые не были созданы с намерением стать музыкой. Артист их не сочиняет напрямую, а находит в городском шуме, социальных сетях, личном архиве видео, голосовых сообщениях.

Такая практика существует давно. Истоки начались когда в 1948 году Пьер Шеффер принёс микрофон на парижский вокзал, записал скрип тормозов и гудки поездов, нарезал плёнку ножницами — и назвал это музыкой. Тогда критики негативно отозвались о таком эксперименте. Сейчас его называют основателем сэмплинга.

В 1996 году DJ Shadow выпустил «Endtroducing». Этот альбом целиком собран из фрагментов чужих виниловых пластинок, которые были найдены в подвалах магазинов. Также Burial в 2007-м строил треки из анонимных голосовых фрагментов — никаких имён, никакого контекста, только призрачная текстура чужой речи. В его культовом альбоме «Untrue» были использованы звуки из любимой компьютерной игры.

Один из открытых вопросов, который стоит в моем визуальном исследовании: что значит найти звук и сделать из него музыку, где грань хорошей находки и неудачной, и как поменялось использование найденных звуков на протяжении последних восьмидесяти лет?

Основа исследования — именно Fred Again. Почему он мне интересен в таком ключе? Он работает с найденными звуками так, что это звучит современно, в новинку, необычно. Почти каждый трек строится вокруг найденного голоса: голосовых сообщений друзей, видео из тикток, отрывков из других медиа, его любимые поездки по Лондонскому метро.

Еще меня особенно зацепило какое наименование Фред дает своим трекам: он называет их именами людей, чьи голоса использует и семплирует. «Kyle», «Nathan», «Mustafa», «Delilah». Первое время, не зная о семплах, я думала это имена тех, кому он посвящает песни, но оказалось название напрямую семплов и вокала. Кстати точно также он подходит к наименованию альбомов, которые я происследую. В скобках он пишет даты работы над треками, оставляет свой след жизни и добавляет историю

Fred Again работает в жанре танцевальной электронной музыки. Я редко встречала когда трек строится полностью на семпле. Так, что он не отделен от инструментала, вокал звучит естественно, не глухо и не тихо, а будто записан в профессиональной студии.

Для тех, кто знаком с медийной стороной Фрэда знает, что он цепляет своей искренностью, улыбкой, душевностью. И это правда то, что люди находят в его проектах. Нет стены или фасада, за которым скрывается кто-то иной. Поэтому найденные звуки так похожи на его черты характера, которые слушатели видят на концертах вживую. Эти found sounds проявляются с большим добродушием.

Текст никогда не пустой. Прослушав все альбомы, я смогла примерно определить какие события происходили лично у «лирического героя», что он пережил и это невероятно сердечно грустно и больно в хорошем ключе, проживать вместе и связывать себя с музыкой Фрэда.

Практика использования найденных звуков в музыке прошла через несколько принципиально разных фаз — и каждая меняла не только технику, но и сам вопрос: зачем брать звук из окружающего мира, а не придумывать его

Как я писала немного ранее в концепции, Пьер Шеффер, французский радиоинженер, в 1948 году записал скрип тормозов поездов и гудки, потом нарезал плёнку ножницами и склеил. Шеффер перевернул процесс, потому что взял за основу естественные звуки и собрал из них форму. Причем в таком ключе композиция была не про красоту звука поезда. Это и есть истоки последующего сэмплинга. Шеффер работал в академической изоляции. Его музыка звучала в концертных залах и по радио — не на дэнсфлоре, не в массовом пространстве.

Один из интересных продюсеров в этой сфере — это Мэтью Херберт. В 1998 году он выпустил Around the House — альбом, целиком построенный на сэмплах стиральных машин, тостеров и зубных щёток. Звучит необычно, но послушав несколько разтэто превращается в deep house, который хочется слушать дома, а не в клубе. Вокал его тогдашней партнёрши Дани Сичилиано добавлял ощущение уюта и замкнутости.

Следующий альбом, Bodily Functions (2001), был записан с использованием звуков человеческой кожи, волос, костей. Место экспериментам есть и многогранность музыки увеличилась.

Если смотреть на небольшую хронологию целиком, то прослеживается движение: от звука как абстрактного объекта (Шеффер) — к звуку как архивному материалу (DJ Shadow) — к звуку как политическому концепту (Херберт) — к звуку как анонимному эмоциональному следу (Burial) — и к звуку как живому, настоящему человеку (Fred Again). То есть в работах Fred Again появляется в первую очередь человек.

Перейду к основным альбомам в творчестве Fred Again. Три связанных альбома устроены как дневники. Как писала ранее, в названии каждого есть период, дата написания его. Прослушав их целиком по несколько раз, слушатель точно заметит разницу в звучании и настроении.

Во время пандемии Fred начал записывать окружающую жизнь: разговоры друзей, короткие видео, сообщения в телефоне, звуки улицы. Позже он превращал эти записи в треки через семплирование, нарезку вокала и построение электронных аранжировок. Важную роль играет ощущение документальности и воспоминаний.

Первый альбом красного цвета написан в пандемию, когда артист не мог выйти из дома. Это важный фактор, так как одним из самых известных треков в ближайшем будущем станет о переживании потери «танца», одиночестве и замкнутости во время коронавируса. Строчка «We’ve lost dancing» была взята из прямого эфира с The Blessed Madonna. Фред не упустил шанса сделать из этого диалога семпл. Так получилась песня «Marea (We’ve Lost Dancing)»

Строчка, которая появляется по несколько раз в разных песнях «I want you to see me, Fred, I’m here» и «we gon make it through» была взята из разговора со строителем Карлосом которого Фред встретил в Атланте на вечеринке за кулисами концерта Ed Sheeran. Получился трек «Carlos (Make It Thru)»

Еще один из треков «Sabrina (I Am A Party)», который посвящен Сабрине Бенаим, поэтессе. Она читала стихотворение о жизни с депрессией, обращаясь к своей маме, на эмоциях. И засемплировал фразу «I am a party I know I should want to go It’s just not that much fun having fun When you don’t wanna have fun»

Во втором альбоме ощущение изоляции постепенно сменяется темой восстановления связи между людьми. Сама музыка становится теплее и танцевальнее, но при этом сохраняет документальную структуру.

У Actual Life 2 есть внутренний перелом. Первая половина — более мрачная и рефлексивная. Вторая половина начинается с «Hannah (The Sun)». Здесь появляются семплы даже известных артистов, например, Tate Mcrae, Kodak Black.

Семпл Kodak Black из трека Kahan (Last Year)», «I was out my mind last year. Wonder where my life half went» сочетает со своим голосом «It was every night, it was evenings all fired up».

Один из самых известных треков альбома. Основой стала запись, которую Fred получил от Делайлы. У нее была песня «Lost Keys», из который Брэд взял фрагменты и построил из меланхоличного спокойного трека уже заряженный танцевальный.

По такому же принципу он создал трек «Danielle (smile on my face)» из семпла вокала 070 Shake.

И по сути каждый семпл, который он создает — это нарезка речи на короткие обрывки фраз, их повторение. И вокал ложится ровно в темп как оригинальный голос в студии звукозаписи

Шеффер, Херберт, Burial работали с найденным звуком, но человек за ним их не особо интересовал. Звук был материалом — для эксперимента, концепта, атмосферы. Fred Again делает другое: он пишет имена, упоминает каждого. Карлос, Нейтан, Мареа и много много других. У него найденный звук перестаёт быть материалом и становится свидетельством. Мне кажется, в этом и есть его главный вклад — не техническое изобретение, а память, чувство, человечность. И то, что его семплы находятся внутри танцевальной музыки, делает её только интереснее.