Original size 1140x1600

Визуально исследование по теме: «Красная дорика»: рождение, конструктивные принципы и судьба стиля в советской и современной архитектуре»

PROTECT STATUS: not protected
This project is a student project at the School of Design or a research project at the School of Design. This project is not commercial and serves educational purposes

«Красная дорика»: рождение, конструктивные принципы и судьба стиля в советской и современной архитектуре»

1. Концепция исследования

Контекст и обоснование выбора темы

Может ли архитектурная форма пережить политический язык, которым объясняли её появление? Этот вопрос особенно важен для красной дорики: само название как будто заранее связывает её с революцией, коллективным заказчиком и поиском нового общественного идеала. Однако при взгляде на подобную архитектуру внимание привлекают не только исторические ассоциации. Крупные опоры задают ритм, глубокие промежутки собирают тень, повторяющиеся вертикали объединяют этажи, а немногословный фасад приобретает выраженную пространственную силу. Возникает возможность рассмотреть красную дорику одновременно как историческую программу и как способ построения архитектурного образа.

Работа помещает её в контекст преобразования классического наследия в первой трети XX века. В этот период отношение к ордеру нельзя описать простым выбором между сохранением и отказом. Архитекторы могли убирать привычные детали, менять пропорции, соединять исторические мотивы с новыми строительными задачами. После 1917 года такой поиск получил в советской России особую общественную аргументацию. Но сама геометризация классики имела дореволюционные и международные предпосылки. Поэтому исходная формула о возникновении совершенно нового стиля в 1918 году требует уточнения: раннесоветский контекст изменил смысл и задачи уже развивавшихся формальных поисков.Термин «красная дорика» в работе связан прежде всего с творчеством Ивана Александровича Фомина. Он не распространяется автоматически на всю советскую монументальную архитектуру и на любое здание с гладкими колоннами. Близкое понятие «пролетарская классика» используется для обозначения более широкой программы переработки классического языка. Эти названия позволяют проследить взаимосвязанные поиски, но не превращают разные этапы творчества Фомина в однородный стиль.

Объект, предмет и границы

Объект исследования — проекты и постройки Ивана Фомина, связанные с красной дорикой и пролетарской классикой, рассматриваемые в их дореволюционных предпосылках, советском развитии и современных типологических сопоставлениях.Предмет исследования — способы преобразования ордера: сокращение его деталей, укрупнение масштаба, повтор опор, построение глубины фасада, взаимодействие вертикалей и горизонталей, а также различие между изображённой и фактической работой конструкции.Основной исторический диапазон — конец 1910-х — 1930-е годы. Материал 1910-х годов необходим для объяснения предпосылок, а два музейных здания XXI века — для «Красная дорика» проверки актуальности отдельных пространственных приёмов. Современные сопоставления не включаются в исторический корпус красной дорики: они образуют самостоятельную сравнительную группу.Центральный пример — дом общества «Динамо» в Москве. Дополнительные примеры — ранние проекты Фомина, поликлиника Наркомата путей сообщения, подземные пространства станций «Красные ворота» и «Театральная». Для современного сравнения выбраны Музей современной литературы в Марбахе и галерея Джеймса Симона в Берлине, спроектированные бюро Дэвида Чипперфилда.

Проблема и исследовательский вопрос

Красная дорика и близкая ей пролетарская классика предлагали переосмыслить античный ордер в условиях нового общественного заказа. Но исчерпывается ли их значение идеологическим содержанием? Какие качества позволяют рассматривать
эти произведения как архитектурно убедительные после изменения первоначального контекста? И можно ли обнаружить в современной архитектуре сходный метод работы с опорой, массой и пространством, не подменяя доказательство влияния внешним сходством?

Гипотеза

Красная дорика обладает архитектурной ценностью, которая не исчерпывается её раннесоветской программой. Эта ценность связана с преобразованием ордера в систему крупных ритмов, объёмных отношений и пространственных границ. Сокращение деталей делает такие отношения особенно заметными. При этом речь идёт не о полном совпадении фасада с несущей схемой: выразительность конструкции и её инженерное устройство необходимо проверять отдельно.Вторая часть гипотезы носит сравнительный характер: отдельные операции, важные для красной дорики, сохраняют продуктивность в современной архитектуре. Для признания прямого наследования потребовались бы дополнительные свидетельства — авторские высказывания, проектные материалы или документированное обращение к Фомину. Само сходство колоннад этого не доказывает

Отбор материала и метод

Материал отбирается по способности раскрыть конкретную операцию с формой. Дом «Динамо» позволяет рассмотреть укрупнённый фасадный ритм; станции метро — взаимодействие массы, прохода и последовательности восприятия; современные
музеи — возможность использовать абстрагированную колоннаду в другом культурном контексте. Примеры объединяются исследовательским вопросом, а не принадлежностью к одному типу зданий.

Анализ движется от общего вида к детали и затем к пространственному опыту: силуэт и композиция; опора и промежуток; соединение вертикали с перекрытием; свет и тень; масштаб человека; маршрут. Отдельно сопоставляются проектное изображение и осуществлённая постройка. Ранний конкурсный проект не считается доказательством того, как работало бы реально построенное пространство.Исторические сведения проверяются по исследовательским публикациям, документам об объектах наследия и официальным описаниям современных проектов. Формальные интерпретации представлены как авторское чтение материала. Работа не включает обмеров, инженерного обследования, натурного наблюдения или опросов: поэтому не делает выводов о фактической прочности, удобстве всех помещений либо мнении большинства горожан.

Структура аналитической части

Последовательность разделов построена как проверка гипотезы. Сначала выявляются предпосылки упрощения ордера и особенности раннесоветского заказа. Затем разбирается формальный язык направления. После этого его действие проверяется на фасаде дома «Динамо» и в общественных пространствах. Советская эволюция показывает пределы исторического распространения программы. Современные сопоставления позволяют отличить жизнеспособность приёма от доказанной преемственности. Заключение фиксирует, какая часть гипотезы получила основания и какие вопросы остаются открытыми.

2. Рождение: новый смысл существующей
формы

1. Геометризация не принадлежит одной идеологии

Что позволяет отличить раннесоветскую программу от более раннего
архитектурного приёма?

1/3

А)Петер Беренс. Здание Германского посольства, Санкт-Петербург, 1911–1913. Фронтальный вид: ордер как крупное членение поверхности.

На виде А здание Германского посольства Беренса читается как протяжённый ряд крупных вертикалей. На виде Б дом «Динамо» Фомина и Лангмана тоже собирается в ритм, превышающий отдельный этаж. В обоих случаях окна заполняют промежутки, а выступающие элементы связывают несколько ярусов. Различаются верхние завершения, группировка вертикалей и форма угла, но сама операция укрупнения видна в обоих зданиях.Вид В показывает, что порядок Беренса продолжается на боковой фасад: это пространственная организация корпуса, а не только рисунок одного парадного вида. Постройка 1911–1913 годов предшествует советскому заказу. Следовательно, политическая программа могла переопределить уже существовавший приём, но не является достаточным объяснением его появления. Такая постановка согласуется с международной рамкой исследования Бархина.

Вывод: Сходный крупный ритм существует до революции. «Красная» — историческая характеристика программы; геометризация ордера шире этой программы.

2. Что именно исчезает из ордера

Упрощение означает удаление всех деталей или изменение их иерархии?

1/2

А)Петер Беренс. Здание Германского посольства, Санкт-Петербург, 1911–1913. Вертикали фасада и оконные ряды: предреволюционная геометризация ордера.

На снимке А вертикали Беренса соседствуют с оконными переплётами и небольшими рельефными включениями. На снимке Б взгляд снизу на «Динамо» подчёркивает гладкость высоких опор, простоту их завершения и ряд круглых окон. Полного исчезновения художественно обработанных элементов нет: круглые проёмы сами образуют отчётливый верхний ритм.Проверяемый сдвиг заключается в другом. В «Динамо» доминируют длина вертикалей и промежутки между ними; локальная деталь меньше задерживает взгляд. Сравнение не позволяет вычислять пропорции по фотографиям: перспективные сокращения различаются. Оно позволяет установить, какие элементы изображение предъявляет как главные.

Вывод: Редукция перераспределяет выразительность в пользу крупного порядка. Формула «декор полностью устранён» не подтверждается.

3. 1919: площадь и зал как две сцены коллективной жизни

В чём ранний проект отличается от уже показанного городского многоэтажного
фасада?

Original size 750x891

А) Иван Фомин. Дворец рабочих в Петрограде, конкурсный проект, 1919. Перспектива главного двора. Не осуществлён. Автор графики — Иван Фомин. Репродукция: электронная научная статья Ю. А. Судзуки [10], ил. 1–2.

Б) Иван Фомин. Дворец рабочих в Петрограде, конкурсный проект, 1919. Интерьер зала. Не осуществлён. Автор графики — Иван Фомин. Репродукция: электронная научная статья Ю. А. Судзуки [10],

В перспективе А колоннады фланкируют открытый двор и направляют взгляд к повышенному центральному объёму. Они не растворены в сетке многоэтажных окон: на первом плане находится пространство между корпусами. В интерьере Б ярусы аркад охватывают ступенчатый зал. Снаружи и внутри повтор выступает рамой для большого общего пространства.Это принципиальное отличие от «Динамо»: ранний проект строит представительный центр комплекса, поздняя постройка переносит крупный порядок на протяжённый многоэтажный корпус. Само назначение Дворца рабочих и конкурсный контекст 1919 года подтверждаются исследованием Судзуки. Но рисунки не свидетельствуют о реальной работе построенного здания: проект не осуществлён. Социальную функцию поясняет документ; форму организации двора и зала показывает графика.

Вывод: Рождение направления связано не только с гладкой колонной. В раннем проекте существенна ордерная рамка коллективного пространства; позднее она меняет масштаб и типологию.

4. Разрыв с прошлым изображён средствами самого прошлого

Ведёт ли ранняя революционная переработка классики к постоянному сокращению деталей?

Визуально исследование по теме: «Красная дорика»: рождение, конструктивные принципы и судьба стиля в советской и современной архитектуре»
Project created at 18.11.2026
hse.space
Unlock new opportunities in education, career, and creativity with HSE SPACE, the digital platform from HSE University. This online hub connects students, faculty, employers, and professional communities, empowering users to build dynamic digital portfolios, showcase extracurricular achievements, participate in competitions, and launch successful careers.
educational projects
extracurricular activities
startups
academic digest
We use cookies to improve the operation of the HSE website and to enhance its usability. More detailed information on the use of cookies can be fou...
Show more